Автор Тема: Разгром Наполеона в России  (Прочитано 10529 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн Александр Гирин

  • Полковник
  • Штабс-Капитан
  • ***
  • Дата регистрации: ФХЪ 2011
  • Сообщений: 233
  • Спасибо: 72
  • Делай что должно и будь, что будет
Шеин И.А.


РАЗГРОМ НАПОЛЕОНА В РОССИИ


К 200-летию Отечественной войны 1812 года


В 1812 году Россия выдержала суровое военное испытание, разгромив более чем полумиллионную армию под предводительством Наполеона. В военную летопись нашего Отечества этот великий год вошёл её наиболее блистательной страницей. Победа россиян создала предмет национальной гордости для современников и до настоящего времени пробуждает высокие патриотические чувства у их потомков.

Война 1812 года, являясь частью более широкого общеевропейского вооружённого конфликта, была результатом сложного переплетения социально-политических, экономических, идеологических и духовных противоречий между Россией и Францией, которые обострялись на почве неприязненных межличностных отношений глав двух государств. Причины войны определялись совокупностью многообразных факторов, в основе которых лежало столкновение интересов крупнейших европейских держав, борьба за господство на континенте. Главной внешнеполитической задачей России в этих условиях являлось создание естественной геополитической системы, позволяющей эффективно решать проблемы собственной национальной безопасности. При реализации своей внешней политики царское правительство действовало в соответствии со сложившейся международной практикой, сочетая дипломатию с применением военной силы.

В современных научных исследованиях не даётся однозначных оценок политических целей Франции в войне с Россией, поскольку они не декларировались в официальных документах. Так, например, по мнению В.М. Безотосного, вполне вероятно, что, разгромив русскую армию, Наполеон намеревался аннексировать у России западные области и восстановить независимую Польшу. Ведь не случайно в своём воззвании к войскам император французов назвал вторжение в Россию Второй польской войной. В данном случае проводилась очевидная аналогия с походом в Пруссию в 1806–1807 гг., результатом которого стало образование герцогства Варшавского. Возможно, Наполеон предполагал навязать Александру I совместную военную экспедицию в Индию, дабы нанести сокрушительный удар по Британской империи [1]. Нельзя полностью отрицать и другие высказываемые историками варианты. Но несомненно одно: победа над Россией должна была поставить её в зависимое от Франции положение и заставить следовать в фарватере французской внешней политики.

Во всех случаях вторжение в пределы суверенного государства являлось агрессией, борьба с которой получила всенародный, национально-освободительный характер и, по определению современников, стала Отечественной войной в защиту независимости Российского государства.

К 1812 году Наполеоном был выработан план ведения войны на территории России. В его основе лежала идея разобщения русских армий, сосредоточенных на западной границе, и разгрома их поодиночке в приграничных сражениях. Ближайшая задача состояла в захвате города Вильно – важного стратегического узла, находящегося на кратчайших путях от границы на Петербург и Москву. План дальнейшего ведения войны Наполеон предполагал наметить в зависимости от оперативной обстановки и характера действий противника.

Для вторжения в Российскую империю Наполеон создал и обеспечил всем необходимым невиданную доселе по численности Великую армию. В момент перехода российской государственной границы её первый стратегический эшелон достигал 449 тыс. человек и 1146 орудий. В дальнейшем, по мере развития событий в России, этих сил оказалось недостаточно. Поэтому дополнительно были введены ещё 123,5 тыс. человек пехоты, 17,7 тыс. человек кавалерии и 96 орудий. Значительная часть сил (21,5 тыс. человек и 130 осадных орудий) была выдвинута для осады Риги. Общая численность Великой армии достигала неслыханных прежде размеров в 612 тыс. человек и 1372 орудия без учёта около 25 тыс. человек гражданского обслуживающего персонала (торговцев, офицерской прислуги и т.п.) и чиновников [2]. Из этой огромной массы людей только около половины имели французское происхождение. 190 тыс. человек были выходцами из Австрии, Пруссии, государств Рейнского союза (баварцы, саксонцы, вестфальцы и пр.). В армию призывались поляки, литовцы, итальянцы, испанцы, португальцы, голландцы, датчане, представители других европейских народов. Фактически на нашу страну были нацелены военные силы объединённой Европы, хотя часть иностранцев, шедшая в Россию по принуждению, воевала без особого энтузиазма и при первой же возможности дезертировала целыми подразделениями.

Александр I, внимательно следивший за военными приготовлениями Франции, с 1810 года также начал широкомасштабную подготовку к войне. Финансовые затраты только на содержание регулярной армии увеличились более чем в 2,5 раза – с 43 млн рублей в 1807 году до 113,7 млн рублей в 1811 году [3]. По указанию военного министра М.Б. Барклая де Толли осуществлялась подготовка предполагаемого театра военных действий. Проводилась топографическая съёмка местности. Шло активное строительство крепостных сооружений. Дороги и переправы готовились для передвижения больших масс войск. Здесь же создавались базовые склады хранения продовольствия, из которых пополнялись подвижные запасные магазины. Несмотря на неурожайные 1811 и 1812 годы, удалось создать крупные запасы провианта и фуража, способные удовлетворить потребности сосредоточенных на западной границе армий сроком на 6 месяцев.

Руководство Военного министерства предпринимало конкретные меры для повышения боеспособности русской армии. Она имела организацию, отвечавшую современным требованиям ведения войны. Управление соединениями и частями осуществлялось на основе разработанного в предвоенные годы «Учреждения для управления Большой действующей армией».

В боевой подготовке войск усилиями командиров соединений и частей, которые составляли собственные наставления и инструкции, утверждались прогрессивные методы обучения и воспитания солдат.

Накануне войны были приняты радикальные меры для обеспечения войск необходимым количеством стрелкового и холодного оружия, пороха и боеприпасов. Самое серьёзное внимание уделялось развитию артиллерии. Благодаря большой организаторской деятельности графа А.А. Аракчеева русская артиллерия по численности и основным боевым характеристикам превосходила французскую.

К началу военных действий численность русской армии была значительно увеличена. Её полевые войска составили до 381 тыс. пехоты и 79 тыс. кавалерии. Всего к 1812 году Россия имела под ружьём 975 тыс. человек, но значительная часть их была рассредоточена гарнизонами по территории Российской империи. Крупные группировки войск находились на границе с Турцией и Ираном, в Грузии и на Кавказе [4].

Подготовленной к нашествию военной силе наполеоновской Франции противостояли дислоцированные на западной границе Российской империи три Западные армии общей численностью 213,8 тыс. человек. Всего в полосе наступления врага против 449 тыс. первого стратегического эшелона Великой армии действовали 317 тыс. человек [5]. Но основная группировка русских войск оказалась растянутой почти на 600 км. Разрыв между 1 -й и 2-й армиями составлял около 100 км, между 2-й и 3-й – 200 км. Взаимодействие между последними затруднялось болотами Полесья. Численное (в 1,4 раза) превосходство французов, невыгодные условия для развёртывания сил русских армий создавали угрозу их уничтожения по частям.

Готовясь к войне с Наполеоном, российское командование разрабатывало как наступательные так и оборонительные стратегические планы. Однако складывавшаяся военно-политическая обстановка заставила готовиться к обороне. В основу русского плана ведения войны была положена идея стратегического отступления в глубь своей территории и истощения сил противника за счёт уничтожения перед его приходом запасов продовольствия и фуража, а также ведения активных боевых действий партизанскими отрядами в тылу наполеоновских войск.

Благодаря блестяще организованной разведке сил противника начало войны 12 (24) июня 1812 года не стало чем-то внезапным для российского правительства. Сведения о составе и передвижении французских армейских корпусов становились известны русскому военному атташе во Франции полковнику графу А.И. Чернышёву даже раньше, чем они докладывались Наполеону. Русское военное командование было прекрасно осведомлено о дате вторжения и местах сосредоточения наступательных группировок противника [6]. Более того, за два дня до этого события, 10(22) июня, Наполеон объявил войну России официально (де-юре), обычным дипломатическим путём, через своего посла в Петербурге графа Ж.-А. Лористона. Французский посланник вручил управляющему российским Министерством иностранных дел А.Н. Салтыкову ноту, в которой отмечалось, что «его императорское и королевское величество с этого времени считает себя в состоянии войны с Россией». Предлогом для разрыва дипломатических отношений с Россией стало требование российского посла в Париже князя А.Б. Куракина выдать ему и всем членам посольства паспорта для отъезда на Родину. Ноту отправили к Александру I в Вильно из Петербурга, на что ушло три дня. В результате царь смог ознакомиться с ней только на следующий день после вторжения наполеоновских войск в пределы Российской империи, 13(25) июня 1812 года, о чём свидетельствует его письмо к Наполеону, доставленное во французский лагерь генерал-адъютантом А.Д. Балашовым [7].

Военные действия, развернувшиеся на территории Белоруссии в июне–июле 1812 года, показали правильность русского стратегического плана. 1-я (главнокомандующий – генерал от инфантерии М.И. Барклай де Толли) и 2-я (главнокомандующий – генерал от инфантерии П.И. Багратион) Западные армии отступали от границы, не позволяя противнику навязать им крупные сражения. Они соединились у Смоленска, сорвав замысел Наполеона на быстрое завершение войны. В ходе отступления русское командование продемонстрировало способность грамотно вести оборонительные сражения и бои, умение наносить противнику серьёзные потери. Генералы П.И. Багратион, М.И. Барклай де Толли, К.Ф. Багговут, М.М. Бороздин, П.Х. Витгенштейн, И.П. Кульнев, Д.П. Неверовский, М.И. Платов, Н.И. Раевский, А.П. Тормасов, П.А. Тучков и другие, широко применяя различные формы манёвра, вносили много нового в военное искусство. Большое практическое и теоретическое значение приобретали вопросы ведения разведывательно-диверсионных действий, взаимодействия и управления войсками.

Боеспособность войск во многом определялась моральным состоянием армии. Высокий боевой дух солдат и офицеров поддерживался за счёт их однородного национального состава и единого вероисповедания, дисциплинированности, религиозности и патриотических чувств, выражавшихся в преданности Вере, Царю и Отечеству. Русский воин отличался высокими морально-психологическими качествами: отчаянной храбростью, неприхотливостью быта, выносливостью на маршах, стойкостью в обороне, мощью штыкового удара в наступлении. Они определили тот массовый героизм, мужество, бескорыстие и самопожертвование, примеры которых мы находим практически в каждом боевом столкновении с противником.

«Стоять и умирать!» – эта крылатая фраза стала символом мужества и несгибаемости русских офицеров и нижних чинов 4-го пехотного корпуса под командованием генерал-лейтенанта А.И. Остермана-Толстого у местечка Островно, который 13(25) июля выполнял приказ по прикрытию главных сил 1 -й Западной армии у Витебска [8].

В течение суток 2(14) августа сдерживал наступление авангарда Великой армии состоявший в большинстве своём из необстрелянных рекрут небольшой «обсервационный корпус» генерал-майора Д.П. Неверовского под г. Красным. Около 7 000 русских пехотинцев отразили 40 атак вдвое превосходившей их кавалерии И.-Н. Мюрата. Сами французы назвали это отступление «львиным», признав, что «никогда не видели большего мужества со стороны неприятеля» [9]. Благодаря высокой самоотверженности русских воинов Наполеон не сумел реализовать свой план выхода в тыл русской армии и захвата Смоленска без боя. Русское командование получило возможность принять необходимые меры для защиты города.

Ожесточённые бои разгорелись 6–7 (18–19) августа за древний русский город Смоленск. Его защитники понимали, что отстаивают «врата Москвы». Охваченные патриотическим подъёмом, презирая смертельную опасность, они самоотверженно бросались в штыковые атаки на врагов, которые, по свидетельству участников сражения, «в бешеном исступлении лезли на стены, ломились в ворота, бросались на валы...» [10]. Город был оставлен только по приказу высшего командования, считавшего его Длительную упорную оборону невыгодной по стратегическим соображениям.

18 (30) августа командование над всеми русскими армиями и ополчениями принял генерал от инфантерии светлейший князь М.И. Кутузов» [11]. Его назначение состоялось за две недели до этого события – 5(17) августа по решению Чрезвычайного комитета по выбору главнокомандующего, специально созванного Александром I для решения вопроса о том, кому доверить единое руководство военными действиями.

Центральным событием Отечественной войны 1812 года стало сражение у села Бородино 26 августа (7 сентября) 1812 года, в котором, по признанию самого Наполеона, «французы показали себя достойными одержать победу, а русские стяжали право быть непобедимыми» [12]. Бородинское сражение справедливо называют полем ратной славы России. Здесь русские полки, пламенея любовью к родной земле и вере, в буквальном смысле стояли насмерть. От 4 000 человек сводно-гренадерской дивизии генерал-майора М.С. Воронцова, первой принявшей бой на Семёновских флешах, в строю осталось 300 человек, а из состоявших в ней 18 штаб-офицеров – только 3. Пришедшая к гренадерам на помощь 3-я пехотная дивизия генерала П.П. Коновницына из 5,5 тыс. человек в конце дня насчитывала не более 1000 солдат и офицеров [13].

До последнего солдата защищался гарнизон Курганной высоты, или «редута смерти», как называли его французы. Батарея и подступы к ней представляли ужасающее зрелище. По воспоминаниям участников событий, «подходы, рвы, внутренняя часть укреплений – всё это исчезло под искусственным холмом из мёртвых и умирающих, средняя высота которого равнялась 6–8 человекам, наваленным друг на друга» [14]. Возглавлявший оборону раненый генерал П.Г. Лихачёв до последнего момента оставался со своими солдатами, а когда почти все они погибли, чтобы не сдаться в плен, решил умереть, бросившись на вражеские штыки.

«Собственная жизнь сделалась бременем: тот радовался, кто её сбрасывал – он погибал за государя, за Россию, за родных», – так описал свои чувства участник сражения 19-летний прапорщик Николай Любенков [15]. Примеров массового героизма можно приводить неисчислимое множество. История свидетельствует, что при самых тяжёлых условиях службы наш боец был силён сознанием того, что он исполняет свой долг перед Родиной. Мужество и самоотверженность русских офицеров и солдат позволяли им с честью выходить из кризисных ситуаций, наносить противнику большие потери.

К концу сражения русская армия отошла с занимаемой позиции на 1–1,5 км, сохранив фронт и свои коммуникации. Французы в свою очередь заняли все главные опорные пункты центра и левого фланга.

Вечером 26 августа (7 сентября) М.И. Кутузов принял решение продолжить сражение на следующий день. Однако когда в общих чертах стали выясняться масштабы потерь, главнокомандующий отдал приказ об отходе к Можайску.

Вопрос о потерях сторон до настоящего времени является дискуссионным. По последним подсчётам русские войска потеряли около 50 тыс. солдат и офицеров, Великая армия – около 35 тыс. В сражении были убиты или умерли от ран 4 и получили ранения 23 русских генерала. Наполеон потерял убитыми и умершими от ран 12 генералов. В числе раненых оказались 1 маршал и 38 генералов. Количество пленных составляло не более тысячи человек с каждой стороны, что свидетельствует об ожесточённости сражения [16].

Кто же победил в Бородинском сражении? В официальном сообщении для европейской общественности Наполеон заявил о своей победе. М.И. Кутузов в реляции императору Александру I доложил, что «неприятель нигде не выиграл ни на шаг земли с превосходными своими силами» [17]. Донесение главнокомандующего, опубликованное после редакционной правки, было воспринято в петербургском обществе как победа русских войск. 31 августа (11 сентября) за Бородинскую битву царь пожаловал М.И. Кутузову чин генерал-фельдмаршала и 100 тыс. золотых рублей, а каждому нижнему чину, принимавшему участие в сражении, по 5 руб. [18] Различные боевые награды получило подавляющее большинство офицерского состава.

Реально ни один из противников здесь не решил поставленных перед собой стратегических задач. Наполеон не сумел разгромить русскую армию, М.И. Кутузов – изменить общий ход войны, остановить продвижение наполеоновских войск и защитить Москву. Сражение не привело к перелому в ходе военных действий, но его последствия оказались значительными. Большие потери, понесённые русскими армиями, стали главной причиной оставления Москвы. Однако русские, находясь на своей территории, сумели быстро восстановить боеспособность армии. Наполеон, оторвавшийся от своих тыловых баз, остался без пополнений и провианта и в итоге вынужден был отступить.

2 (14) сентября русская армия оставила Москву. Это событие было предопределено решением военного совета высшего командного состава армии, состоявшегося накануне в подмосковной деревне Фили. Вместе с армией из Первопрестольной уходили и её жители. В этот же день Москва была занята французами, которые нашли в городе огромные запасы продовольствия и различных товаров. Наполеон, не дождавшийся депутации горожан и церемонии сдачи города, принимал поздравления от своего окружения. Большинство завоевателей, как и их полководец, считали, что война фактически закончилась, и подписание мира – дело ближайшего будущего.

Но чувство счастья и благополучия у французов оказалось недолгим. К вечеру в Москве начался грандиозный пожар, продолжавшийся до 8(20) сентября и уничтоживший три четверти жилых домов и торговых строений вместе с заключёнными в них богатствами. В огне погибли многие исторические ценности, являвшие собой достояние мировой культуры. Вопрос о причинах пожара и его виновниках вызывал жаркие споры как среди современников, так и среди историков. Последними исследованиями убедительно доказано, что пожар был хорошо спланированной акцией, разработанной и осуществлённой по приказу военного губернатора Москвы Ф.В. Ростопчина [19]. Сожжение города было невыгодно французам ни с экономической, ни с политической, ни с военной точки зрения. Огненная стихия поставила захватчиков в тяжёлое положение, не только лишив зимних квартир и провианта, но и превратив для них город в западню. Начавшиеся вопреки приказу Наполеона во время пожара грабежи храмов и дворцов приняли массовый и стихийный характер. Они морально разложили армию, обратив её в толпу мародёров. От французского командования потребовались большие усилия, чтобы восстановить воинскую дисциплину и порядок в войсках.

Оставив Москву, русские войска со 2 (14) по 5 (17) сентября продвигались по Рязанской дороге, затем к вечеру 5 (17) сентября под прикрытием своего авангарда, который продолжал движение на Рязань, свернули главными силами на запад к Подольску и к 21 сентября (3 октября) расположились лагерем у села Тарутино. Этот манёвр, получивший название Тарутинского, был проделан с большим искусством, скрытно, так, что французы в течение 9 дней не имели сведений о местонахождении и намерениях своего противника.

В первые дни обустройства русская армия испытывала серьёзные трудности в снабжении продовольствием и материальными средствами. Положение усугубляли интриги и склоки, которые затеяли генеральские группировки в Главной квартире; они создавали нервозную обстановку и мешали продуктивной работе. Тем не менее М.И. Кутузову удалось в относительно короткий срок принять из Арзамаса, Ярославля и Мурома новые пополнения, организовать боевую подготовку войск и обеспечить их всем необходимым. В Тарутинском лагере всё было подчинено одной задаче – восстановить боеспособность армии и накопить силы для дальнейшей борьбы с Наполеоном.

После занятия Москвы Наполеон, ждавший от Александра I предложений о мире, фактически прекратил активные боевые действия. Кутузов, напротив, использовал установившуюся оперативную паузу для организации партизанской борьбы в тыл противника. Этот способ ведения боевых действbq получил название «малая война». На внутренне коммуникации французов для уничтожения небольших вражеских гарнизонов, захвата транспортов и обозов, а также для ведения разведки и недопущения неприятельских фуражировок (заготовки корм для конского состава) направлялись специальные армейские отряды.

Всемерную помощь регулярной армии в «малой войне» оказывали вооружённые отряды («кордоны» «дружины»), создававшиеся из местных жителей. Огненное уничтожение Москвы, которая являлась центром православной веры, всколыхнуло России способствовало разрастанию массового народного движения против оккупантов. Особенности национальной психологии в 1812 году определялись тесным переплетением военных и религиозно-бытовых традиций русского общества. Поэтому всенародная борьба с иноземцами идеологически была ориентирована на защиту не только государственного суверенитета, но и православной веры.

В российском патриотизме начала XIX века религиозная составляющая занимала едва ли не главное место. Документальные источники 1812 года свидетельствуют о том, что религиозные мотивы стали одним из основополагающих моментов, цементировавших российское общество в его благородных устремлениях отстоять свой национальный суверенитет. Правительство через духовенство ставило своей задачей добиться у народа осмысления войны в религиозном плане и имело в этом отношении значительный успех. В своём официальном обращении к смоленскому духовенству от 9(21) июля 1812 года Александр I предписывал священнослужителям «внушениями и увещаниями своими убеждать» паству совместно объединяться, вооружаться и, «как того требует долг и вера христианская», «везде и повсюду истреблять» врагов, наносить захватчикам «великий вред и ужас» [20].

Религиозными идеями защиты православия были пронизаны призывы московского военного губернатора Ф.В. Ростопчина к москвичам и крестьянам Московской губернии. В них народ отождествлялся с «христианскими воинами Божьей Матери», восставшими в защиту «святой Руси», призванными истребить «гадину заморскую» и предать «тела их волкам, вороньям». Московские власти призывали население убивать вражеских солдат «куда ни придут», валить «их живых и мертвых в могилу глубокую» [21].

В свою очередь в воззвании Святейшего Синода церковь призвала народ «принять оружие и охранить веру отцов» [22]. Под влиянием религиозной пропаганды народ видел в отлучённом от церкви Наполеоне и его воинстве посланников Антихриста, с пришествием которых православная церковь обещала наступление конца света. Пренебрежительное отношение иноверцев к святым местам и предметам религиозного культа повсеместно воспринималось в народе как практическое подтверждение произносимых с амвона речей. Именно на этой почве взросла народная непримиримость к захватчикам, сокрушившая наполеоновские замыслы. Поэтому во многих подмосковных сёлах предписания Ф.В. Ростопчина выполнялись в буквальном смысле слова.

Современники по достоинству оценили значение религиозного фактора в разгроме наполеоновских войск. «Иноземцы, шедшие против Бога и Руси, – писал участник войны и известный русский военный историк А.И. Михайловский-Данилевский, – перестали в понятии народа казаться людьми, всякое мщение против них почитали не только позволительным, но законным, угодным Небу» [23].

В защите различных областей страны, прилежавших к театру военных действий, известную роль сыграли отряды народных ополчений. Их создание проходило в соответствии с царскими указами от 6 (18) июля и 18 (30) июля 1812 года только в 16 губерниях. Низкая боеспособность ополченских формирований, вооружённых в основном холодным оружием и не имевших никакой военной подготовки, не позволяла использовать их в качестве самостоятельных боевых подразделений. Тем не менее ополченцы оказали большую помощь армии при выполнении инженерных работ на позициях, выносе раненых с поля боя, в качестве военной полиции и в некоторых случаях непосредственным участием в боевых действиях совместно с частями регулярной армии. В тарутинский период войны отряды ополченцев активно использовались губернаторами прифронтовых регионов для организации вооружённых заслонов от проникновения небольших французских фуражирных отрядов и для поддержания на своей территории правопорядка, подавления крестьянских бунтов. Повсеместная народная война создавала обстановку нетерпимости вокруг захватчиков, истребляла их, лишала средств существования.

Расположившись в Кремле, Наполеон 36 дней тщетно ожидал от Александра I предложений о мире. Но царь оказался непреклонен и вопреки советам придворного окружения, выступавшего за соглашение с Наполеоном, не вступил с французами в мирные переговоры. В своём решении продолжать борьбу с врагом он выразил готовность отступать до Камчатки, стать «императором камчадалов», «отрастить бороду» и «есть один картофель» [24]. В условиях абсолютной монархии, когда решение важнейших военно-политических вопросов зависело от воли самодержца, эта решимость означала многое. Она стала одним из слагаемых победы России над Францией.

После двух неудачных предложений договориться с Александром I о мире Наполеон с 1 (13) октября начал готовиться к отступлению. Основной причиной этого решения стало стремление французского императора спасти армию от неминуемого уничтожения. Наполеоновские войска, отрезанные от продовольственных баз, находясь в окружении враждебного народа, терзаемые партизанскими набегами, утратили превосходство в силах, потеряли инициативу в действиях и оказались блокированными в Москве.

Покидая сожжённую столицу, Наполеон решил отойти к Смоленску, где были сосредоточены его базы и резервы, и весной начать новую кампанию. Чтобы придать отступлению видимость наступления и тем самым «сохранить лицо» среди своих союзников, а также для того, чтобы обеспечить отход армии по не разорённым войной районам, Наполеон планировал сначала захватить Калугу, а затем совершить отход по Старой Смоленской дороге.

Однако этот замысел французского полководца был сорван действиями М.И. Кутузова. В сражении за г. Малоярославец 12 (24) октября, в ходе которого город неоднократно (до 8 раз) переходил из рук в руки, Великая армия была остановлена и 14 (26) октября отошла к Можайску, на Старую Смоленскую дорогу [25].

После сражения за Малоярославец в войне наступил коренной перелом. Наполеон окончательно утратил стратегическую инициативу и старался вывести оставшиеся боеспособные соединения из России. Кутузов вёл преследование параллельными дорогами, южнее отступавших французов. Продвижение французской армии осуществлялось в тяжёлых условиях острого недостатка продовольствия, пополнить которое было невозможно вплоть до Смоленска. Постоянные набеги казаков и партизан, огромный обоз с награбленным имуществом, большое количество иностранных гражданских лиц, вышедших из Москвы вместе с армией из опасения мести русских за сожжённую столицу, замедляли движение воинских колонн.

Одновременно с войсками М.И. Кутузова, и даже раньше их, в наступление перешли фланговые группировки русской армии. На юге отдельный (2-й резервный) корпус Ф.Ф. Эртеля 3 и 4 (15 и 16) сентября успешно действовал при Глуске и Горбачёве. 3-я Западная армия адмирала П.В. Чичагова также в сентябре вынудила войска противника к отступлению за Буг, а в первой половине октября начала движение по тылам Великой армии на соединение с М.И. Кутузовым. На севере 1-й отдельный корпус П.Х. Витгенштейна, ранее не допустивший продвижения французов к Петербургу, 6 октября начал наступление на Полоцк и, оттеснив 2-й и 6-й французские корпуса под общим командованием Л.Г. Сен-Сира, овладел городом. Французы на данном стратегическом направлении вынуждены были уйти за Двину, а в дальнейшем по приказу Наполеона присоединились к его группировке у реки Березина.

21 октября (2 ноября) М.И. Кутузов настиг арьергард Наполеона у Вязьмы, где попытался отрезать от основных сил и уничтожить армейский корпус Л.-Н. Даву. Однако эта попытка окончилась неудачей [26].

28 октября (10 ноября) Наполеон с армией прибыл в Смоленск, в котором рассчитывал найти запасы продовольствия и дать отдых войскам. Однако этим надеждам не суждено было сбыться. Солдаты разграбили продовольственные склады, и пребывание в сожжённом городе стало бессмысленным.

2(14) ноября французская армия оставила Смоленск и двинулась дальше на запад, через г. Красный на Оршу. С 3 (15) по 6 (18) ноября в районе Красного происходили ожесточённые бои, в ходе которых противник понёс значительные потери. Фактически был полностью истреблён армейский корпус маршала М. Нея, а сам командир корпуса едва не попал в плен [27]. Как и под Вязьмой, успехи русских под Красным могли быть большими, если бы М.И. Кутузов действовал более решительно и активно. Однако и в данном случае он предпочитал не рисковать и не терять понапрасну людей, понимая, что моральное разложение, холод и голод, удары партизан постепенно сделают своё дело и французы окончательно утратят боеспособность с минимальными для русской армии потерями. Такая стратегия русского полководца способствовала появлению во второй половине XIX века историографической концепции «золотого моста», согласно которой Кутузов предоставлял остаткам Великой армии возможность свободного выхода из России в Центральную Европу. Своё название данная концепция получила от кутузовского выражения «строить золотой мост» Наполеону, употреблённого в беседе с представителем Великобритании в русской армии генералом Р.Т. Вильсоном. Именно таким стратегическим замыслом сторонники указанной концепции объясняли медлительность Кутузова под Вязьмой, Красным и на р. Березине [28].

Продолжая отступление от Красного, потрёпанные наполеоновские войска прошли Оршу и направились к Борисову, где Наполеон предполагал переправиться через Березину. Боеспособность Великой армии резко упала. Под Красным французы потеряли практически всю артиллерию и обозы. Армия не имела организованного продовольственного снабжения и необходимого медицинского обеспечения. В период перехода от Красного до рем Березины морозы сменились оттепелью с дождём но это не принесло заметного облегчения. Марш приходилось совершать по раскисшим дорогам, ночевать под открытым небом в промокшей одежде, питаться падалью. По этой причине общее моральное состояние и воинская дисциплина даже у тех кто ещё готов был продолжать борьбу, были край не низкими. Низведённые до уровня животных люди находились на грани отчаяния. Количество больных и бросивших оружие солдат, тащившихся за теми кто ещё оставался в строю, постоянно возрастало.

При таком состоянии Великой армии, подошедшей к реке Березине, появилась возможность ее полного уничтожения. Этому способствовала и сложившаяся оперативная обстановка. 10 (22) ноября 3-я Западная армия под командованием адмирал П.В. Чичагова заняла Борисов и правый берег Березины. Путь отступления наполеоновской армии на запад и юго-запад был закрыт. С севера к район Борисова подходил корпус Витгенштейна, с востока – главные силы под командованием М.И. Кутузова. Реально Наполеон оказался в окружении.

Но гений французского полководца нашёл выход, казалось бы, из безвыходного положения. Обманув П.В. Чичагова ложными демонстрациями, Наполеон с 13 (25) по 17 (29) ноября с боями по трём наведённым мостам форсировал Березину в районе д. Студенки. На правый берег реки перешли гвардия и некоторые другие боеспособные соединения и части. Получив данные о подходе к месту переправы казаков Платова и отряда Ермолова, Наполеон приказал сжечь мосты. На левом берегу Березины были брошены 29 тыс. человек, главным образом безоружных, деморализованных солдат и примкнувшими к армии гражданских лиц, среди которых было много женщин и детей. На двадцатиградусном морозе без пищи и тёплой одежды значительная часть из них погибла [29].

Русские войска добились на Березине выдающегося успеха, нанеся французским войскам сокрушительное поражение. После переправы от главной группировки Наполеона, насчитывавшей 40 тыс. человек, осталось совсем немного. Великая армия как военная сила перестала существовать. Однако главная цель Березинской операции не была достигнута. Из расставленной ловушки ушёл сам Наполеон, все его 10 маршалов, почти весь генералитет и большая часть офицерского корпуса, гвардия, а также самые боеспособные солдаты. Они стали костяком для создания новых формирований во Франции, что дало возможность Наполеону ещё два года продолжать войну.

Дальнейшее отступление, вплоть до самой русской границы, для французов превратилось в бегство. Истощение и деморализация основной массы французских офицеров и солдат достигли предела. Ожесточённые бои, вновь наступившие холода и изнурительные марши оказали своё негативное воздействие не только на наполеоновские войска, но и на русскую армию, хотя она, несомненно, находилась в более благоприятном положении. Как признавал сам Кутузов, «главная армия... пришла в такое состояние, что слабость её в числе людей должно было утаить не только от неприятеля, но и от самих чиновников, в армии служащих...» [30].

К началу декабря 1812 года русские войска заняли своими главными силами города Вилькомир, Вильно, Воложин. 2 (14) декабря 1812 года остатки Великой армии (по сведениям Главной квартиры численностью около 15 тыс. человек) пересекли границу Российской империи и ушли за Неман.

Получив от Кутузова известие о том, что русская армия заняла Вильно, а неприятель ушёл за границу, император Александр I в ночь с 6 (18) на 7 (19) декабря покинул Петербург и 11 (23) декабря прибыл в Главную квартиру. 25 декабря 1812 года (6 января 1813 г.) в своём манифесте он всенародно заявил о том, что «уже нет ни единаго врага на лице земли Нашей» [31]. Таким образом, эту дату следует считать официальным объявлением окончания Отечественной войны 1812 года.

Война дорого обошлась русскому народу. Многие города лежали в развалинах, в том числе и такие крупные, как Москва и Смоленск. Общий ущерб, причинённый войной, по самым приблизительным подсчётам в начале XX столетия историками определялся в 1 млрд рублей [32]. В новейшей историографии эта цифра считается явно заниженной и должна быть поднята на порядок выше [33]. Боевые потери русской армии за весь период войны 1812 года, без учёта заболевших и отставших, оцениваются по-разному, от 111 тыс. до 200 тыс. человек [34]. Но эти жертвы были не напрасными. Наполеоновские замыслы и его Великая армия оказались похороненными в России. Полная и безоговорочная победа России над Наполеоном вызвала потрясение общественности в Западной Европе и стала началом её национального освобождения. Из 600 тыс. человек, перешедших границу Российской империи в июне 1812 года, вернулись назад, с учётом фланговых австрийских и немецких группировок, по разным данным от 30 до 81 тыс. человек [35]. Свыше 550 тыс. солдат и офицеров из стран Западной Европы нашли свою погибель на Российских просторах. Завоеватели получили очередной урок, который сегодня в исторической ретроспективе служит извечным предостережением: «Кто с мечом к нам войдёт, от меча и погибнет. На том стояла и стоит русская земля!».


Список литературы:


1.   Безотоснып В.М. Наполеоновские войны. М., 2010. С. 132, 133.
2.   Бутенко В.А. Военные силы Наполеона // Отечественная вой на и русское общество. М., 1912. Т. 3. С. 45.
3.   Сироткин В.Г. Дуэль двух дипломатий: Россия и Франция в 1801-1812 гг. М., 1966. С. 142.
4.   Столетие Военного министерства. Т. 1. СПб., 1902. С. 203, 204.
5.   Троицкий Н.А. 1812 Великий год России. М., 2007. С. 156, 157.
6.   Отечественная война 1812 года: материалы Военно-учёного архива: 2 отд.: 22 т. СПб., 1910. Т. 13. С. 56; Генерал Багратион: сб. док. и материалов. Л., 1945. С. 162; Тартаковский А.Г. Заметки о военной пропаганде 1812 г. // Вопросы военной истории России XVIII и первой половины XIX в. М., 1969. С. 309, 310.
7.   Троицкий НА. К истории нашествия Наполеона на Россию: объявление войны // Новая и новейшая история. 1990. № 3. С. 218.
8.   Ахшарумов Д.И. Описание войны 1812 г. СПб., 1819. С. 35, 36; Глинка СП. Записки о 1812 годе Сергея Глинки, первого ратника Московского ополчения. СПб., 1836. С. 152.
9.   Богданович М.И. История Отечественной войны 1812 г.: В 3 т. СПб., 1859-1860. Т. 1.С. 434.
10.   Глинка Ф.Н. Письма русского офицера. М., 1985. С. 149.
11.   Шеин И.А. О времени прибытия М.И. Кутузова к войскам и вступлении в должность главнокомандующего // Эпоха 1812 года: Исследования. Источники. Историография: к 200-летию Отечественной войны 1812 года. М., 2003 (Труды Государственного исторического музея. Вып. 137). С. 81–88.
12.   Пеле Ж. Бородинское сражение // Чтения в Обществе истории и древностей российских при Московском университете (ЧОИДР). 1872. Кн. 1.С. 56.
13.   Бородино: документы, письма, воспоминания. М., 1962. С. 342; Бумаги, относящиеся до Отечественной войны 1812 года, собранные П.И. Щукиным. Т. 8. С. 110.
14.   Французы в России: 1812 год по воспоминаниям современников-иностранцев / Сост. A.M. Васютинский, А.К. Дживелегов, СП. Мелыунов: В 3 т. М., 1912. Т. 1. С. 152, 153.
15.   Любенков Н. Рассказ артиллериста о деле Бородинском // Памятники Отечества [альманах]: «Славься ввек, Бородино!». М., 2000. № 47. С. 43. [Воспроизведено по изданию 1837 г.].
16.   Отечественная война 1812 года: энциклопедия. М., 2004. С. 91.
17.   М.И. Кутузов /Сб. док.: В 4 т. М., 1954-1955. Т. 4.4.1. С. 154.
18.   Там же. С. 193.
19.   Земцов В.Н. 1812 год. Пожар Москвы: монография. М., 2010. С. 3.
20.   Попов А.Н. Москва в 1812 году // Русский архив. 1875. Кн. 2. С. 295.
21.   Сочинения графа Ростопчина. СПб., 1853. С. 178–182.
22.   Мельникова Л. В. Антинаполеоновская церковная проповедь в 1812 г. // Проблемы изучения истории Отечественной войны 1812 г.: материалы Всероссийской научной конференции. Сара тов, 30 мая – 1 июня 2002 г. Саратов, 2002. С. 136.
23.   Михайловский-Данилевский А.И. Описание Отечественной войны в 1812 году: В 4 т. СПб., 1839. Т. 3. С. 123.
24.   Военский К.А. Две беседы полковника А.Ф. Мишо с императором Александром в 1812 г. СПб., 1904. С. 8; Maistre J. de. Correspondance diplomatique 1811-1817. V. 1. P., 1860. P. 119.
25.   Васильев А.А. Сражение при Малоярославце 12 октября 1812 года // Малоярославец: очерки по истории города: к 180-летию Отечественной войны 1812 года. Малоярославец, 1992. С. 16–87.
26.   Петухов В. Бой под Вязьмой в связи с общим обзором Оте чественной войны 1812 г. Вязьма, 1912.
27.   Епанчин Ю.Л. Красный // Отечественная война 1812 года: энциклопедия. С. 379, 380.
28.   Шведов СВ. О стратегии «золотого моста» М.И. Кутузова // События Отечественной войны 1812 года на территории Калужской губернии: Проблемы изучения. Источники. Памятники. Малоярославец, 1995. С. 38–54.
29.   Богданович М.И. Указ. соч. Т. 3. С. 263-295; Харкевич В.И. Березина. СПб., 1893; Васильев И.Н. Несколько громких ударов по хвосту тигра. М., 2001.
30.   Рапорт М.И. Кутузова Александру I... от 7 декабря // М.И. Кутузов / Сб. док. Т. 4. Ч. 2. С. 551.
31.   О принесении Господу Богу благодарения за освобождение России от нашествия непериятельскаго // Полное собрание за конов Российской империи. СПб., 1830. Т. 1. С. 486, 487.
32.   Корнилов А. Эпоха Отечественной войны и её значение в новейшей истории России // Русская мысль. 1912. № 11. С 147, 148.
33.   Безотосный В.М. Указ. соч. С. 360.
34.   Урланис Б. Д. История военных потерь: вояйны и народона селение Европы. Людские потери вооружённых сил европей ских стран в войнах XVII–XX вв.: историко-статистическое ис следование. СПб., 1994. С. 87, 88; Каминский Л.С, Новосельский С.А. Потери в прошлых войнах (1756–1918): справочная книга. М., 1947. С. 18.
35.   Троицкий Н.А. 1812. Великий год России. С. 458.


Источник: Военно-исторический журнал. № 6. 2012. С. 3–9.
"За Единую, Великую и Неделимую Россию!"