Автор Тема: Мусульмане в защите Российской Империи  (Прочитано 6295 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн White cross

  • Со - Модератор
  • Штабс-Капитан
  • **
  • Дата регистрации: РЯа 2011
  • Сообщений: 594
  • Спасибо: 173
  • Amora vinced omnia
http://vkontakte.ru/topic-10399251_25525898




Сразу заявлю. что я вовсе не склонен приравнивать ислам и христианство. Различия в этих вероучениях слишком велики. И. однако, я очень негативно отношусь к нагнетаемой некоторыми не в меру ревностными христианами исламофобской истерии, что думаю. на руку неким ребятам, далеким от религии. В православных группах контакта некоторыми православными высказывается мысль. что ислам - сатанинское вероучение. С таковым взглядом не могу согласиться. несмотря на то, что многие положения ислама совершенно неприемлемы для христианина. Но, однако, я смею заявить, что сатанизм представляет собой не заблуждение, а сознательное служение злу. Вообще я очень настороженно отношусь к тем, кто называет сатанистами кого-либо.
Особенно этим отличаются т.н. уранополиты. последователи о. Даниила Сысоева, человека. безусловно, достойного, но увлекающегося. Боюсь. однако. что его последователи зашли еще дальше.

Слова о. Даниила Сысоева***Напомню, что, вопреки тиражируемому мифу об опыте мирного сосуществования в России ислама и христианства, в реальной истории война мусульманства и России длится все время начиная с св. Владимира (войны с Волжской Булгарией) и до наших дней (Чечня). Исключением являлся только период татаро-монгольского ига.// http://pr-daniil.livejournal.com/15820.html
В самом деле, русским много приходилось воевать с представителями мусульманских народов. однако я не уверен. что войны эти имели преимущественно религиозный характер. С теми же булгарами воевали вовсе не из-за веры - обычные войны народов за место под солнцем...
Очень много Россия воевала с Турцией, однако и здесь не уверен. что Турция в войнах с Россией ставило целью именно исламизацию. Думаю. что она просто использовала идеологию исламской экспансии как предлог для завоевательных войн. Религиозные, как и и национальные конфликты, особенно в последнее время, на мой взгляд, часто просто искусственно подогреваются. а за этим стоят чьи-то политические или экономические интересы.



Мусульманские народы. жившие в Российской империи, много участвовали в защите нашей страны, но я здесь ограничусь первой мировой войной. в которой против России, на стороне Германии и Австро-Венгрии, воевала все та же Османская Империя.

//29 октября 1914 года германо-турецкий флот напал на русские суда и обстрелял Севастополь, Феодосию и Новороссийск. 3 ноября Россия объявила Турции войну, а спустя семь дней в стамбульской мечети шейх-уль-ислам (от араб. - старейшина ислама - Ред.) перед зелёным знаменем Пророка объявил джихад (священную войну мусульман в защиту веры), подчёркивая, что Россия, Англия и Франция "враждебны к исламскому халифату" и прилагают все усилия к тому, чтобы "погасить высокий свет ислама", а также призвал мусульман, находившихся под властью правительств названных государств, объявить им "священную войну". Ситуация существенно обострилась: ведь Турция представала как объект очередного крестового похода Европы, да и в России горячо говорили о возвращении креста на храм Святой Софии.
11 ноября 1914 года оренбургский муфтий Султанов заявил, что Турция сделала необдуманный шаг, и сделала его, несомненно, под влиянием Германии, что объявление джихада не вызвано ни интересами Турции, ни религией ислама. Муфтий подчёркивал, что в Российском государстве "мы живём уже много веков" и с ним "сблизились исторически; в этом нашем отечестве мы живём, пользуясь земными благами и спокойствием; целость нашего отечества, а равно и его мощь, есть источник нашего благополучия и нашего спокойствия... Нам, российским мусульманам, нужно, конечно, беречь своё (выделено мной - С.И.) отечество от врага".
В воззвании таврического муфтия А.М.Карашайского к мусульманам говорилось, что Турция "дерзнула напасть на наше дорогое отечество - Россию, являющуюся священной родиной для всех населяющих её народов, в том числе и для мусульман. Поэтому-то мы, мусульмане, вместе со всеми нашими соотечественниками обязаны стараться всеми силами изгнать врагов нашей родины и, исполняя священный свой долг, избавить её от бед".
Даже в Туркестане, откуда мусульмане не призывались в российскую армию, известный местный теолог мулла М.Бехбуди в своём журнале "Ойна" ("Зеркало") в начале 1915 года писал, что участие России в союзе стран, противостоящих другим христианским государствам, к которым присоединилась Турция, нет ничего оскорбляющего и унижающего ислам. "Поэтому нашему туркестанскому туземному населению нужно быть спокойным, сдержанным и вполне лояльным" по отношению к царю и стране, "иначе... мы обречём себя на неминуемую гибель". Глава исмаилитов Ага-хан, в сферу влияния которого входили памирские исмаилиты, обратился к единоверцам с воззванием, в котором призывал их выступить против Германии и Турции на стороне Атланты. "Мусульманам, - писал он, - надлежит оставаться верными долгу присяги... Никто не сможет победить столь могучих государей, как император и король Индии и Англии и царь всероссийский".
Сам способ вступления Турции в войну, пишет современный турецкий историк, встревожил русских: османская декларация войны сопровождалась провозглашением "священной войны" в пяти отдельных фетвах, изданных османским шейх-уль-исламом. Очевидно, что объявление джихада было предназначено специально для мусульман, живущих под русским и британским владычеством. Одна фетва была переведена на татарский язык и издана большим тиражом.
Однако объявление "священной войны", вопреки расчётам составителей фетв, не вызвало восстания мусульман в доминионах Антанты. Надежды турецких лидеров на успех пропаганды панисламизма и пантюркизма не оправдались. Мусульмане Ирана, Афганистана и Средней Азии тоже не поддержали призыв, прозвучавший из Стамбула, а арабы Сирии, Палестины, Хиджаза и Северной Африки активно выступили против турок.//http://imha.ru/knowledge_base/library/m-library/1144...




//...Когда были мобилизованы десятки тысяч тюркских солдат (известны случаи, когда их количество в полках доходило до пятисот человек), стала очевидной нехватка военных мулл. С начала боевых действий солдаты-тюрки стали писать об этом домой. В одном письме с фронта (сентябрь 1914 года) на имя известного татарского общественного деятеля, журналиста, издателя и педагога Хади Максудова сообщалось, что в каждом полку имелись по два священника, а "для нас, бедных мусульман, нет ни одного муллы". Автор письма вопрошал: "Откуда нам их просить?"
В декабре 1914 года в Петрограде состоялось совещание представителей мусульманских общественных организаций, которое предложило избранному Временному центральному мусульманскому комитету добиться от властей направления на фронт за казённый счёт по крайней мере по одному мулле на каждую дивизию. Этого было явно недостаточно, но власти не торопились с реализацией и такого весьма скромного предложения.
Недовольство солдат вызвала работа Оренбургского магометанского духовного собрания (ОМДС), оказавшегося не вполне готовым действовать в условиях военного времени. В письмах от раненых мусульман, находящихся на излечении в разных лазаретах, часто встречались жалобы на то, что муллы плохо исполняли свои обязанности по отношению к солдатам. Редакция татарской газеты "Турмуш" ("Жизнь") 22 мая 1915 года писала, что ОМДС обязано позаботиться об учреждении должности военного муллы. Как видим, татарской общественностью решение этой задачи возлагалось на мусульманских "иерархов", имевших контакт с властью.
Лишь весной 1916 года военное командование приняло, наконец, решение, согласно которому число военных мулл значительно увеличивалось, а приказом главковерха царя Николая II полковым муллам были установлены оклады. И всё же летом 1916 года военный мулла при штабе 5-й армии во время объезда частей обратил внимание на то, что на позициях убитых мусульман погребает полковой священник, и это сильно угнетало моральное состояние военнослужащих-мусульман. Двух штатных мулл на армию было крайне недостаточно при значительном количестве тюркских солдат, и потому, как отмечалось в связи с этим военным аналитиком, было необходимо назначить по одному мулле на дивизию из числа находившихся в дивизии нижних чинов, окончивших медресе и имевших свидетельство о прохождении экзамена на звание муллы. При этом мусульманские иерархи соглашались на то, что такие назначения не должны связываться ни с дополнительными расходами из казны, ни с освобождением назначенного лица от прямых его, как нижнего чина, обязанностей службы.
Наконец, 5 июля 1916 года, во время Рамазана, появился приказ Николая II о должно-сти дивизионного муллы. Вскоре прибывший в Уфу дивизионный имам А.Ягупов сообщал, что "дух войск великолепный", что "в настоящее время очень много имамов назначены в войска для совершения необходимых религиозных обрядов".
В конце июля, когда мусульмане отмечали праздник разговенья (Ураза-Байрам) после окончания священного поста, муфтий Оренбургского Магометанского Духовного собрания Мухаммад-Сафа Баязитов в ответ на своё обращение к царю получил такой ответ: "Благодарю Вас и всех мусульман, собравшихся на торжественное богослужение по случаю праздника Рамазан-Байрама, за молитвы и выражение верноподданнических чувств. Высоко ценю доблесть многочисленных мусульман, сражающихся в рядах нашей храброй армии. Николай". Сообщение об этом Баязитов отослал в действующую армию вместе с просьбой разрешить воинам-мусульманам совершить моление 24 сентября, во время мусульманского праздника. Это пожелание было выполнено, в частности, командованием Северного фронта, которое также разрешило в середине декабря 1916 года в связи с другой телеграммой Баязитова дать возможность воинам-мусульманам совершить моление 24 декабря - в следующий мусульманский праздник.
За заслуги по организации деятельности мулл в тылу и на фронте в 1916 году Мухаммад-Сафа Баязитов был награждён орденом Станислава 2-й степени./// там же




//...Появление военных мулл на фронте также получило оценку со стороны солдат. В одном из писем в Казань, автором которого является татарин - солдат 105-го артиллерийского полка, это комментируется так: "Назначенный в наше армию, 3-ю, мулла... читает молитвы, увещевает нас... Сражайтесь с врагом до последней капли крови. Это завет великого нашего Пророка Магомета, и вы должны это исполнить в точности". Иной раз муллы обещали улучшение положения мусульман в случае победы России: "Мусульманам будет польза, если Россия победит". Сами фронтовые муллы порой проговаривались в своих письмах: "Поскорей бы конец всему, вернуться бы в отечество и служить Исламу"...
...Первая мировая война, как и прежние войны, которые вела Россия, показала, как мусульмане относились к империи, в которой они жили. "Согласитесь, что это курьёзно: борьба славянства с немцами и турками с конечной целью расчленения Турции и водружения креста на Святой Софии, и в этой войне за славянскую идею безропотно гибнут сотни тысяч мусульман", - писал после Февральской революции в своей книге "Мусульмане на Руси" (М., 1917) А.Тамарин. Он отмечал, что общее мнение о них было таково: мусульмане - "лучшие солдаты, честные, идеальные, храбрые и выносливые". Более того, добровольцы-мусульмане в течение войны в самых тяжёлых условиях "творили чудеса мужества, покрывая славой русское оружие". Они сознают, отмечал автор, что свобода России - их свобода, несущая осуществление их самых заветных дум и надежд. И потому мусульмане-солдаты будут сражаться до тех пор, пока это нужно свободной России. "Нынешнее российское мусульманство доросло до понимания тех форм правления, которое оно считает для себя приемлемым, и в массе своей мусульманство не менее сознательно, чем, скажем, русский народ".
Популярный столичный журналист Н.Н.Брешко-Брешковский также пришёл к выводу: "На мусульман всегда можно было вернее положиться... Именно они, мусульмане, были бы надёжной опорой власти и трона" (Брешко-Брешковский Н.Н. "Дикая дивизия". Роман. Рига, 1920). Но такие рассуждения были исключением в потоке антимусульманских публикаций./http://imha.ru/knowledge_base/library/m-library/1144...


«Через гибель большевизма к спасению России. Вот наш единственный путь, и с него мы не свернем» - Генерал Дроздовский