Белая гвардия > Александр Васильевич Колчак

А.В. Колчак

(1/1)

elektronik:
Посвящается Александру Колчаку

А.В. Книппер-Тимирева

Полвека не могу принять –
Ничем нельзя помочь –
И все уходишь ты опять
В ту роковую ночь.
Но если я еще жива
Наперекор судьбе,
То только как любовь твоя
И память о тебе.

1970 г.

Сергей Бонгарт
Памяти Колчака

Он защищал страну от смуты,
Как только мог.
Но дьявол карты перепутал,
Оставил Бог.
Смерть лихорадочно косила
Со всех сторон,
Тонула, как корабль, Россия,
А с нею – Он.
Его вели между вагонов.
Как черти в ад.
Разило водкой, самогоном –
От всех солдат.
Худой чекист, лицо нахмуря.
Отдал приказ,
А он курил, - как люди курят
В последний раз...
Шел снег медлительно и комо,
Синела мгла...
Уже кончалась папироса
И пальцы жгла...
- Повязку? – Нет, со смертью в жмурки
Играет трус.
Он видел силуэт тужурки,
Скулу и ус.
И портсигар отдал солдату:
"Берите, что ж,
Не думаю, что мне когда-то
Еще пришлось..."
Ночная тьма уже редела,
Чернел перрон,
И как всегда перед расстрелом
Не счесть ворон.
Они, взметнувшись, к далям рвутся,
Летят. Летят...
И виснут тучи над Иркутском,
И люди спят.

1921 г.

Александр Розенбаум
Романс Колчака

Кусок земли, исхлёстанный ветрами,
Сухою веткой где-то хрустнет вдруг наган...
Заиндевелыми еловыми бровями
Глаза очертит где-то белая тайга...
Прошу, будь ласков с теми, Бог, кого оставлю
На этой милой, столь забывчивой Земле.
Прошу, войди в мой дом, Господь,
Прикрой плотнее ставни,
Чтоб из окон не виден был кровавый след.

А теперь я готов, господа или как вас там,
Верой-правдой служить не дано
Тем, кто веры не знал,
И кому правда не чиста,
Тем, кто небо зажёг над страной.

Не сметь срывать с меня гвардейские погоны,
Не сметь касаться лапой русских орденов,
Оставьте институткам этот бред ваш революционный
И отпустите к матерям мальчишек-юнкеров.

Позволю извинить себе убогость мыслей ваших чёрных,
Но не могу простить нечищеный наган,
Того, что в смертный час мой вы стоите не по форме,
Небритость ваших щёк и этот жуткий перегар.

А теперь я готов, господа или как вас там,
Верой-правдой служить не дано
Тем, кто веры не знал,
И кому правда не чиста,
Тем, кто небо зажёг над страной.

Я принимаю свой парад последний,
Идут полки мои под царственный венец...
Святой отец, души предсмертный собеседник,
Уже лежит, лицом разбитым ткнувшись в снег.

Земля вас не возьмёт и море вас не примет...
Да, можно научиться убивать врагов...
Но верьте мне, тысячелетие отринет
Тех, кто решился разменять его на год.

Зоя Ященко и Олег Заливако
Посвящение Колчаку

Еще не сорваны погоны
И не расстреляны полки.
Еще не красным, а зеленым
Восходит поле у реки.
Им лет немного и немало,
Hо их судьба предрешена,
Они еще не генералы
И не проиграна война.

У них в запасе миг короткий
Для бурной славы и побед.
Сентиментальные красотки
Им восхищенно смотрят вслед.
А на парадах триумфальных
Их ждут награды и чины,
Hо эти сцены так фатальны,
А эти лица так бледны.

Кровавая, хмельная,
Хоть пой, хоть волком вой,
Страна моя родная,
Ах, что ж ты делаешь со мной!

Горят фамильные альбомы
В каминах жарких на углях.
У стен Ипатьевского дома
Уже накатывает страх.
Уже сошел с небес мессия
И помыслы его чисты,
Свой вечный крест несет Россия,
Считая свежие кресты.

Вчера - изысканные франты,
Сегодня - рыцари войны.
Они еще не эмигранты,
Они еще ее сыны.
Hо жизнь прошла как не бывало,
И не оставила следа,
Hа горизонте догорала
Их путеводная звезда.

Кровавая, хмельная,
Хоть пой, хоть волком вой,
Страна моя родная,
Ах, что ж ты делаешь со мной!

Последний выстрел сердцем скрещен,
Hеумолим прощальный взгляд.
Hо дневники любивших женщин
Их для потомков воскресят.
Ах, боже мой, что б с нами было,
Когда бы это все не зря,
Когда бы разум не затмила
Hа башне красная заря.

Кровавая, хмельная,
Хоть пой, хоть волком вой,
Страна моя родная,
Ах, что ж ты делаешь со мной!

Рысь-Хранитель
Письмо Колчака

Как же это случилось
Объяснить не берусь
Где Москва? Где Россия?
И где Питер? Где Русь?

Что когда-то свершилось
По заветам Петра
Камнем вниз покатилось
И сгорело дотла.

Пусть считают гордыней
Свора диких собак,
Только чту я святыней
Наш Андреевский флаг.

И в ледовой стихии
И на теплых морях
Крепла слава России
На морских якорях.

Что же с ними случилось –
Проржавели винты
И линкоры разбились
Об утес темноты,

Об анархии рифы,
Крепко сели на мель,
Лицемерия грифы
Ищут легкую цель

Только легкой наживы
Им вовек не видать
Пока мы будем живы –
Будем насмерть стоять!

Для отважных и смелых,
Отвечать я берусь,
Нет ни красных, ни белых,
Есть лишь Матушка-Русь!

Пусть же ветры лихие
Рвут судьбы паруса,
Офицеры России!
Наша совесть чиста!

Почитаю святыней
Наш Андреевский флаг
Остаюсь я с Россией!
Навсегда. Ваш Колчак.

3 ноября 2002 г.

Евгений Смелянский aka Alavarus

Над Иркутском зима и мороз
Куполов монастырских кресты,
Ни помоста, ни плахи, ни слез,
И никто не положит цветы.

И окурок ппоследний скурив,
И бушлат свой отбросив назад,
Ты стоял на пороге туда,
Где, по россказням, рай или ад.

Хмуро глянули люди и "Цельсь!"
Прозвучала команда. И "Пли!".
Стаю воронов кинула Смерть,
На снегами земли.

А потом - два контрольных в висок,
И могила холодного льда
Ты уплыл в свой последний поход
Чтоб не всплыть никогда.

Так уходит, под грохот стволов,
И боюсь я, что так и уйдет;
За собой не оставив мостов.
Честь и совесть России - под лед.
===================================
с сайта ВЕРЫ КАМШИ
   
     

elektronik:
Отец — Василий Иванович Колчак, подполковник русской армии (позже, в 1889 году вместе с отставкой получивший генеральский чин) был легендарной личностью. По давней семейной традиции он посвятил свою жизнь военному делу, участвовал во всех военных операциях России второй половины XIX века.

Семнадцатилетним юношей героически защищал Малахов курган во время Крымской войны, после падения Севастополя попал в плен. После освобождения окончил Петербургский горный институт, стал одним из ведущих российских специалистов по производству стали и современного вооружения.

Мать будущего адмирала Ольга Ильинична Посохова родом из семьи донских казаков. По воспоминаниям современников отличалась набожностью, спокойным, но строгим характером.

Документ о рождении их сына-первенца свидетельствует:

"...в метрической 1874 года книге Троицкой церкви с. Александровского Санкт-Петербургского уезда под N 50 показано:

Морской артиллерии у штабс-капитана Василия Иванова Колчак и законной жены его Ольги Ильиной, обоих православных и первобрачных, сын Александр родился 4 ноября, а крещен 15 декабря 1874 года. Воспреемниками его были: штабс-капитан морской Александр Иванов Колчак и вдова коллежского секретаря Дарья Филипповна Иванова".

Колчак-паша остался в России

У истории рода Колчаков давние и славные традиции. Эта фамилия турецкого происхождения, в переводе на русский означает "боевая рукавица". Специальная конструкция, в основе которой была стальная пластина, защищала правую руку воина, левая прикрывалась щитом. Основателем рода историки считают коменданта турецкой крепости Илиас-пашу Колчака, который во время русско-турецкой войны 1736 года сдал крепость русскому фельдмаршалу графу Х.А.Миниху. Колчак-паша выслал сначала ключи от города, а потом явился сам и отдал свою саблю.

Императрица милостиво обошлась с пленными. Турецкие офицеры, в том числе и бывший комендант крепости с сыном Мехмет-беем разместились в отведенных для них петербургских квартирах. После заключения мира с Турцией на родину они не вернулись — перспектива быть посаженными на кол за сдачу крепости не прибавляла патриотизма. Так в России появилась новая ветвь доблестных защитников Отечества. Практически каждое мужское поколение Колчаков выбирало военную службу, чаще военно-морскую, отмечено воинскими наградами и званиями.

elektronik:
«Как трудно писать о том, о чем молчишь всю жизнь, - с кем я могу говорить об Александре Васильевиче? Все меньше людей, знавших его, для которых он был живым человеком, а не абстракцией, лишенной каких бы то ни было человеческих чувств. Но в моем ужасном одиночестве нет уже таких людей, какие любили его, верили ему, испытывали обаяние его личности, и все, что я пишу, - сухо, протокольно и ни в какой мере не отражает тот высокий душевный строй, свойственный ему. Он проявлял к себе высокие требования и других не унижал снисходительностью к человеческим слабостям. Он не разменивался сам, и с ним нельзя было размениваться на мелочи – это ли не уважение к человеку».
Анна Тимирева. 1970 г.
=====================================================================================

Его последняя записка. «Конечно, меня убьют, но если бы этого не случилось, – только бы нам не расставаться".
Анна слышала, как его уводили, и видела в волчок его фигуру среди тех, кто его уводил. Наутро ее перевели в общую камеру.

Она прожила еще 55 лет. 6 арестов по 58-й, в последний раз – в 1949 году. В конце 60-х написала воспоминания, тогда же ей вернули копии писем Колчака, адресованных ей еще в 1919 году.

Полвека не могу принять
Ничем нельзя помочь
И всё уходишь ты опять
В ту роковую ночь

А я осуждена идти
Пока не минет срок
И перепутаны пути
Исхоженных дорог

Но если я ещё жива
Наперекор судьбе
То только как любовь твоя
И память о тебе.

 

Навигация

[0] Главная страница сообщений

Перейти к полной версии