Автор Тема: Лиро-эпический цикл Л. Юрьевой «Поэмы о Колчаке».  (Прочитано 3832 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн АлёнаTopic starter

  • Рядовой
  • *
  • Дата регистрации: ЬРа 2012
  • Сообщений: 2
  • Спасибо: 1
Лиро-эпический цикл Л.Юрьевой «Поэмы о Колчаке».

ДВАДЦАТЫЙ ВЕК. МЕЧ И КРЕСТ. ДЕСЯТЫЙ ВРАГ. БЕЛЫЕ ВОЛКИ.
 
«Когда над бедной нашей страной почиет мир и всеисцеляющее время обратит
нашу кровавую быль в далекое прошлое,
вспомнит русский народ тех, кто первыми поднялся на защиту России от красной напасти».
А.И. Деникин.

Низкий поклон контр-адмиралу Александру Александровичу Кибкало
 и капитану 1-го ранга Николаю Андреевичу Черкашину за
бесценную помощь в издании книги.
Автор

ПРЕДИСЛОВИЕ

Перед вами первое большое поэтическое произведение об адмирале Колчаке –
лиро-эпический цикл Ларисы Юрьевой «Поэмы о Колчаке».
Большое – и в смысле жанра, и в смысле поэтического качества.
Важно заметить, что подобную литературную работу проделал не маститый автор
 - строчки поэм вырвались из юного сердца: сами по себе, по зову души и сердца.
Слава Богу, что искренность поэтического порыва подкреплена и отменным талантом,
хорошо ограненным в Литературном институте.
Несомненно, подобные поэмы можно было написать только такими – чеканными,
жесткими строками, какие вышли из-под пера Ларисы Юрьевой.
Не подражая Марине Цветаевой впрямую, она выбрала именно ее
 рубленый хлесткий афористический слог.
 И в ритме слышны и посвист казачьей шашки, и клацанье затворов,
и мерный шаг строя, и перестук колес воинского эшелона.
 
Откуда это пришло? Как и почему дитя XXI века так глубоко и остро
постигло трагедию века минувшего? Сработала генетическая память?
Как-никак, но Лариса Юрьева из Сибири, из Иркутских мест,
 роковых в судьбе Колчака. Возможно…
 Но настоящая поэзия – это всегда таинство, мистика, поэтому не стоит гадать,
 почему именно рука Ларисы Юрьевой начертала эти поэмы.
Главное, что создан превосходный поэтический памятник всероссийскому Адмиралу –
герою и мученику, чье имя пока еще не обсусалено новым агитпропом.
 Хочется верить, что этому произведению суждена долгая и триумфальная жизнь,
что оно станет ярким событием в российской литературе нового столетия.
Николай ЧЕРКАШИН,
лауреат международной премии Всехвального апостола
Андрея Первозванного

Прадеду Д.А. Ганичеву.

Нет, не немого раба
Правнучка  - бунтаря…
Прадеда кровь права:
Ею красна заря
Века, ушедшего прочь…
Прадед, тебе невмочь
Было разжать тогда
Болью сведенных скул!
Но погляди сюда:
Дочери сына дочь,
«Вражьим»
родством горда,
Песнь поет Колчаку…

                                               ПОЭМЫ О КОЛЧАКЕ.


ДВАДЦАТЫЙ ВЕК.
Поэма.

  "...и плевали на Него, и,
становясь на колени,                                                     
                 кланялись Ему».                                 
(Евангелие от Марка, 15,19).

Не Черное море
Шумит у причала,
А море матросских голов.

-Качай!

Оратор - в фаворе:

-Войну и раздоры,
И офицеров -
Кончай!
 
Флот опозорен.
Себе на горе
Вышел к толпе Колчак.

-Чет или нечет,
Коршун иль кречет?
Нечеловечий
Вид…

-Это, братишки,
 Важная птица -
Царский орел летит!

Вышел - напиться
Из горестной чаши,
Вышел - разбиться
О выкрики ваши,
Вышел - сразиться...

Кипит,
Словно в котле,
Вырываясь из плена,
Вверх
Все устремляясь,
Новый, двадцатый век!
Но неужели погибнет в пучине,
Меча
Так и не вынув,
Лихой Адмирал Колчак?!

Злоба, навет,
Хула…
Мироед,
Враг?!
Слово даю: нет
Ни кола,
Ни двора…
Пара белья – в чемодане,
 В золоте – сталь,
Да на груди – подарок
С ликом Христа…

Сброд веселится.
Это не лица -
Морды!
Не море голов,
А море
Помоев
Плещется!
Нынче не в моде
Доблесть,
Долг
И Отечество.
Нынче - разгул и грабеж.
Не зови -
Не вернешь...
Скоро увидишь
Реки в крови:
Плыви!
Сабля Святого Георгия -
Храбрых награда:
Гордость, отрада!
Да будет рука тверда,
Чтоб от разнузданных орд
Человечьего стада
Волнами моря
Святыню укрыть навсегда...

Виждь! Не толпа, а лица -
Воинский строй.
Все как один, -
Гляди! -
Падают ниц
Пред тобой.
Злого, чужого лица -
Ни одного. Сейчас
Тебя ли,
Тебя ли на царство
Венчают?
Ура, Колчак!

-Крест этой власти...

От ветра
Слезятся глаза,
Наверное...
Кажется, солнце застит
Лес из штыков!
С Богом! С надеждой и верой
Сломим врагов!

Пальцы к виску: взмах.
Черные крылья.
Вдруг развела тьма:
Солнце закрыла.
И краснозвездный взвод
Наизготовку
(Это конец твой!)
Поднял винтовки...

Прочь,
Ледяная ночь!
Снова - жара,
Порт, Севастополь,
Скверны поток
Ужасный.
Все ты прозрел, Адмирал:
И кровавый потоп,
Крах и паденье потомков -
Не сон... Мужайся!

Замер «Георгий»,
Узрев твою саблю в волнах,
В гордом восторге…
Но знай,
Что печальнее смерти
Доля его, что однажды,
В далекой Бизерте,
В горьком сожмется бессилье
Русский кулак
(Сон или явь?!):
Судно России
Спустит Андреевский флаг
(Воля Твоя!)…

Словно в котле,
Вырываясь из плена,
Вверх
Все устремляясь,
Пенится новый век...

МЕЧ И КРЕСТ.
Поэма.

«Во имя Бога и души живой,
Сойди с ворот, Господень часовой!»
(М. Цветаева).

Коленопреклоненная,
От беды спасенная,
Золотопогонную
Рать встречает Пермь:
Нарасхват солдатики, нараспев!
Пермяки с иконою
Встретили Верховного;
Хлеб и соль, как водится,
Опосля.
А икона – бывшая невольница,
Из Москвы, угодница,
Из Кремля…
Чудеса твердят про икону:
Было дело в праздник Николин…

Странник.

Эх ты, Ваня-остолоп!
Как прошляпил, как?!
Ведь переодетый поп
Был в твоих руках!
Самый настоящий дьяк!
Ох, досада!
Эх, не быть тебе, дурак,
Комиссаром!
Вроде тих:
Котомка да посох…
Патриархом Тихоном
Послан
С письмецом и Светлым Угодником
К Адмиралу-белопогоннику!
Он стремится отчаянно
В стольную
Русь колчакову,
Колокольную!
И петляючи
Следом заячьим,
Призывая на помощь крест,
Он набрел на белоказачий
Разъезд…

Письмо Патриарха.

Не без почты,
Не без подарка
К Адмиралу с утра пришли.
Мелким почерком
Патриарха
Был исписан помятый лист…
И еще образок –
С ноготок:
Патриаршье
Благословение.
В четком марше
Старческих строк
Оживало Божье знамение…

«В красной комиссарской столице
Лик закрыли красной тряпицей.
Только надо ж чуду случиться:
Лоскутами красного ситца
Спало покрывало с иконы
В день великий,
В праздник Николы…
Не обезобразили лик
Пули красных: мимо легли.
Не сумело адово зло
Повредить святое чело.
Фотокопию той иконы
Вам вручаю,
Мой сын,
С поклоном,
Поручаю Вас
Силе святой.
Мой посыльный –
Помощник мой.
Пусть идет
Добрый слух окрест:
Поврежден
На иконе крест,
Только меч един –
Невредим:
Значит, с ним
Врага победим!
Тьма – не вечна».

Тихо Верховный
Начал речь:

-Этот меч –
Духовный,
Это Божий
Разящий перст!

-Уничтожен
Враг. Взята Пермь!

Телеграмма уже получена, -
Доложил офицер измученный,
И сияло в улыбке его –
Рождество…

Дар.

Коленопреклоненная,
От беды спасенная,
Золотопогонную
Рать встречает Пермь:
Нарасхват солдатики, нараспев!
Пермяки иконою
Встретили Верховного,
Да такой огромною –
Эка стать!
Во Никола-то!
Во отгрохали!
Снимок крохотный –
Не узнать!
Чудеса твердят про икону,
Но вот-вот
Поплывет родной и знакомый –
Меднокованый,
Колокольный –
Звон…

ДЕСЯТЫЙ ВРАГ.
Поэма.

-Через десять лет забудут!
-Через
двести -
вспомнят!
(М. Цветаева).

Через год - забудут,
Вспомнят - через век;
Шли навстречу ветру
Двадцать человек:
Взвод - теряя ногу,
Комиссар Бурсак,
Комиссар Чудновский,
Адмирал Колчак,
Полз премьер-министр -
Бледный, словно смерть...
С журавлем - синица:
На "десерт"...

-Что ж мы, словно воры,
Крадемся в ночи?
Надо б разговором
Душу облегчить.
Не по-протокольному.
Слышь, Сибирский Царь?
Не успеешь, что ли, ты
К праотцам?

Кто-то оглянулся,
Кто-то усмехнулся,
Кто-то поперхнулся
(Папиросы - дрянь!);
С комиссаром рядом -
Адмирал...

Вопрос комиссара -
ответ Адмирала.

-Ой ты, гой еси,
Православный царь,
Православный царь
Свет-Васильевич!
Чаю, ты имел на святой Руси
Неприятелей с четырех сторон?

-Я тебе, детинушка-разбойничек,
Всю правду скажу, всю истину.
Тех врагов у меня было множество:
Один ворог ко мне лицом,
Еще восьмеро - за спиной...

Враг первый: большевик-нарком.

От кровавого звездопада
Пало в землю, напитано ядом,
Семечко.
И среди зеленого сада
Возросло исчадием ада
Времечко:
Ни царя, ни Бога,
Ни Родины...
Все убогие
Худородные -
Дезертиры, убийцы, грабители -
Да в хоромы,
Да в честь, да в правители!
Что же за век грядет?
Падает патриот,
Скошенный черной злобой
Каинов звездолобых.
И удивленно-печально
Колокола замолчали;
Церкви ослепли вмиг,
Чтоб не глядеть в мир...

Враг второй: союзник.

Не дари нам, Небо,
Таких друзей,
А с врагами мы
Сами справимся!
Генерал Жанен -
"Же ву зем, мамзель!" -
Колдовское зелье
Красавицы.
Он глядит - "Се ля ви!" -
Франтом.
А рулить норовит -
Фронтом...

-По гроб в долгу
У Антанты...

-И ни гугу
Про танки...

-Экий груздь!

-И порода, чай!

Но за русских
Горой Колчак.
Не бывать же сраму такому:
Иностранца -
Да к нам в главкомы!
Расстараемся,
Все честь честью:
Генерал,
Легион чешский
Не угоден ли будет Вам?
По рукам?
Приказ по полкам...
Только не много ль веры
Чешским легионерам,
Коль поперек ворот
Встал девятнадцатый год?
Тут унести бы ноги...
И поперек дороги -
Чешские эшелоны.
Вам, генерал, слово!
Кто приказал чехам
Загородить пути?
Русскому ни проехать,
Ни пройти...
Каин с Иудой кашу
Варят в одном котле:
Только б сытней и слаще,
Да побольше углей!
Браво, Жанен!
К лету
Будет жене
Обнова.
Тридцать! Ваши монеты:
Даже еще много.
Вам же, Жанен,
Не за Бога
Платят - за Адмирала.
Люди свои - поладим.
Браво...

Враг третий: наместник.

Как не хотелось
Быть карандашом,
Что пал героем
В пальцах Колчака!
Костей
Не соберешь… Нехорошо
У Розанова…
Мы ведь не ЧК?
Наш губернатор
Сукиных сынов
Всех превзошел:
Коль надо –
Буду резок.
Ваше Высокопрево…
Без чинов?
Не Дон Кишот –
Солдат! И долгу предан…
Мне краски бы –
Поярче… Александр
Васильевич!
Есть в Красноярске сад.
И Розанов,
В саду садовник старший,
Не розами
Украсил имя Ваше –
Венок из розог
Сплел для Вашей славы,
Чтоб назвали Грозным
Иль Кровавым,
Хотя висят
По городу запреты,
Как паруса:
На шомпола и плети,
Поджоги сел,
Расстрелы без суда…
Мы все же,
Слава Богу, не Орда!
Простите,
Я еще не все сказал:
Не льстиво
Слово друга, Адмирал!
Нет, не доносчик
И не Дон Кишот,
Но пасынок и Родины,
И века,
Готовый даже стать карандашом,
Что пал героем
В пальцах Главковерха…

Враг четвертый: Щетинкин-красный партизан.

И царь не тот,
И Бог не тот...
Любой замрет,
Раззявив рот:
Ровно, без запинки,
Держит речь Щетинкин!
Как он вник!
Наших жил!
Одолжил,
Разъяснил!
Слышал, брат?
Да што ж ты!
Едет царь - и тошно
Колчаку, и кисло.
Царские министры -
Ленин, слышь, и Троцкий.
Видишь, как все просто?!
А бабы в страхе
Крестят рот.
Шумит, волнуется народ!
Даешь к расправе
Колчака!
Ужо постой,
Намнем бока!
Даешь винтовку!
Все в поход!
Шумит народ,
Гудит народ...

Враг пятый: атаманщина.

Анненков, Семенов, Калмыков:
Кедрачи дрожат
От этих слов.
Прет дурная слава
На дрожжах:
Атаманством целый край зажат.
Никаких не признает законов
Царь монголов
И бурят Семенов.
Никаких не признают замков
Анненков, Семенов, Калмыков.
Монархистам - только царь указ.
Монархисты, вынимай ножи!
Что таить: мила для сердца власть,
Коли приказала долго жить!
Семерых не хватит Колчаков,
Чтоб угомонился Калмыков.
И орленых.
И краснознаменных
Раздевает атаман Семенов...
Всей Сибири закрутили гайки
Палашом, наганом
И нагайкой
Лиходеи сел и городов
Анненков, Семенов, Калмыков...

Враг шестой: меньшевик-эсер.

Соц-ре-во-лю-ци-о-нер!
И не вымолвишь.
Всюду меньшевик-эсер:
Их не выловишь...
Землю роет
Глупый крот
Для посевов революций.
Будет урожайным год,
Коль большевики возьмутся!
Не срослось, не склеилось...
Где же смысл в том,
Чтобы против Ленина
Грызться с Колчаком?!
Милым красным бантиком
Машет вам Вчера.
Поиграйте в фантики,
Дяди-эсера!
К дьяволу и к Господу
Навели мосты:
Обещаний россыпи,
Равенства цветы!
Белая и красная
Краска не слилась.
Розовою краскою
Мажет "третья власть"
Стежечки-дорожечки
Да в кромешный ад...
Ах, цветочки-розочки,
Вас бы в райский сад...

Враг седьмой: чиновник.

Гоголевский Акакий
Жив и здоров вполне.
Перед начальстом всякий
Хочет надеть шинель.
Новому веку туго -
Стала шинель жать:
Косность и тупость
Старых служак.
Спину - дугой, и почерк
Не изменил лице.
Шлют Колчаку: "Срочно.
Суд произвел офицер:
Смертный изрек приговор
Из револьвера -
В упор.
Как поступить с офицером?"
"Все надлежащие меры", -
Тут же ответ летит.
Это каким манером
Подойти...
Сильным закон - что дышло.
Здесь - мы,
А ТАМ - умы!
Так офицер и вышел
Из тюрьмы...

Враг восьмой: тиф-сыпняк.

Сила та ли,
Армия та ли?
Люди Каппеля-генерала
Мнут сугробы
В тайге морозной:
На здорового -
Два тифозных.
Тиф - ярится:
На каждой дороге,
В любой повозке -
Крытые лица,
Голые ноги...
Сгружай тифозных!
Новые песни -
Старый мотив:
Тиф... Тиф...

Враг девятый: глад-бесхлебица.

Голод не теща -
Блина не подаст.
Что же ты стоишь,
Что ты за власть,
Коли народ
С голоду мрет?
Сеем - дай срок.
А деньги - вперед.
Если качает
От красного ветра
Власть - где колчаковским
Деньгам вера?
Может, вам "керенок"?
"Американок"?
Нет уж, покедова!
Мы уж как-нибудь...
Не до запасов -
Все наше тут.
Ныне опасно:
Придут - отберут.
Белые, красные:
Только давай!
В обчем - неурожай...
Ныне для всех
Мера одна:
Где, мол, посеял -
Там пожинай.
Кто прихватил -
Тот и герой.
Не подфартило -
Хоть волком вой:
Все, опоздали!
И семь Емель
Все заседают
Насчет земель:
Жалко крестьян,
Жалко господ!
Неурожайный год...

Ответ комиссара:

-Ой ты, гой еси,
Православный царь,
Православный царь
Свет-Васильевич!
Всех врагов перебрал по памяти,
Одного позабыл - последнего,
Одного позабыл - смертельного,
Что войдет в твое тело белое
И навеки в нем успокоится:
Девять граммов свинца -
И кончено.
Девять граммов свинца -
Прошу, пан:
По-хорошему.
Как положено...

Последняя исповедь Адмирала.

-Ведь не допета песенка:
Будет припев краше.

-Курим, братва!
Успеется...
Ну, допевай, Вашество!

-Есть еще враг десятый:
Стоит он вместе взятых.
Он не в лицо, не в спину:
Мы с ним навек едины.
Враг Колчаку - Колчак.
Коль не пошло на мечах -
Что бы земель Антанте
Не посулить за танки?
Что б Маннергейму враз
Не подмахнуть указ?
Финн бы за дар такой
Не пожалел полков,
Не пожалел штыков!
Пели б вечный покой
Красному Петрограду...
Мы бы прошли парадом
Под колокольный звон,
Пали бы у икон...
Что ж не вылез из жил?
Что ж полки положил?!
Знаю: на труп на мой
Каин ступит ногой.
Русь я ему оставлю!
Боже, зачем я Авель?!
Господи, что ж не дал ты
Каину третьего брата,
Чтоб подошел к Белокаменной
Авель, убивший Каина,
Авель, сгубивший честь,
Но - победивший... Весть
Мне бы полки к Москве,
Мне бы красу церквей
В бережных несть ладонях,
Мне б на пороге дома
Остановить гнедка,
К сердцу прижать сынка
И на родимом флоте -
Крови моей и плоти -
Килем волну ласкать...
Глупо играть по нотам
В эту игру без правил!
Если б начать все снова -
Я б тебя предал, Авель!
Рыцарем быть - красиво.
Но не на этой войне.
Я б сохранил Россию -
Ту, что доверилась мне...
Ну, а теперь - пора:
Уж пережил все сроки.

-Коль башку потерял -
Значит, вместе с короной!
Ну, допел до конца?

-Я допел - до свинца...

БЕЛЫЕ ВОЛКИ.
Поэма.

О тех, кого с нами
Давно уже нет,
Кто вынул в семнадцатом
«Волчий билет»…

АННА.

«И улыбка из великого
Издали…»
(М. Цветаева).

От этих писем – в горле
Тугой комок.
Пройти моря и горы
Легко бы смог
Простой конверт,
Но трудно преодолеть
Не месяцы, не годы –
Десятки лет…
Простое имя – Анна.
В окошке – свет.
Рука писать устанет,
А сердце – нет!
Она не ждет ответа:
Потерян след…

- Позвольте два конверта.

- Вам с маркой?

- Нет…

Она теряет строчку:
В глазах плывет.
Пустое бремя –
Время:
Не заживет…
Былое держит прочно,
Но в свой черед
Письмо, с пометкой «срочно»,
От точки и до точки,
По «телеграфу времени» пройдет –
В далекий год…

КОЛЫБЕЛЬНАЯ.
 

"Придет серенький
волчок
И ухватит за бочок,
И потащит во лесок,
Под ракитовый кусток.
"(Русская народная песня)

-Внучок совсем зачах:
И ложечки не скушал.
Помрет - мотай на крюк
Веревку, старый бес!

-Жди, вот придет Колчак...

-Теперь у стен есть уши...

-Так я и говорю:
Дите уташшит в лес!

-Над крышей - красный флаг,
А молока - ни кружки.
На репе да на брюкве
Дите не проживет.

-А вот придет Колчак...

-Теперь у стен есть уши...

-А я и говорю:
Мальчонку унесет!

-Убьют, неровен час.
Палят, палят из пушек...
Которую зарю
Внучонок в крик да в рев.

-Да ведь идет Колчак!

-Теперь у стен есть уши...

-А я и говорю:
Придет - не отопрем.
Попросится - ни-ни!
-Господь его храни...


ДОБРОВОЛЕЦ.


«На пир, на расправу, на
распрю столетий,
В сорвавшийся крутень
истории…»
(П.  Антокольский).

На все вопросы
Есть простой ответ:
Вдави на счастье
В чернозем подкову!
Куда пришел Колчак –
Там «красных» нет!
Колчак, Колчак:
Магическое слово!
Трех лошадей загнать,
Но все ж догнать
Ее – родную, гордую,
Великую!
Пришить погоны
И к губам прижать
Заветную
Трехцветную реликвию…
Туда!
Там умирают господа
Простой,
Святой
И самой лучшей смертью
И, в честный бой
Послушно уходя,
Произнести умеют
«Честь имею!»
Свой путать след
Под пулями учась,
Умчаться
От пугающего завтра.
Там пушки бьют,
Орут «Ура, Колчак!»,
Там плеть
За ветром гонится казачья.
Прижать к плечу винтовку
И отдачу
Почувствовать – родимую –
В плечо.
Слепой поток
Словесной нудной жвачки –
Для Керенских.
В России – горячо!
Шинель с плеча
Потомка янычар
Россия носит:
Новый царь –
Колчак!
На корабле,
Попавшем в лютый шторм,
Он взял штурвал
И лезет –
Напролом.
Туда!..

«ОФИЦЕРСКАЯ НЕВЕСЕЛАЯ»

«Как в деревне Кулики
Появились беляки».
(«Партизанская веселая»)

Не суди,
Да будешь несудим…
Только как
Мы детям объясним,
Почему, как бешеных дворняг,
Нас боялись в русских деревнях?!
Там, где наша армия прошла,
Свечкой запылали три села,
Чтобы неповадно мужикам
Было помогать большевикам…
С каждым днем мы яростней и злей,
Яко волци на родной земле!
Может, здесь любой
Сойдет с ума
Среди боли,
Горя и дерьма?!
Не суди,
Да будешь несудим.
Только как
Мы детям объясним,
Почему, как бесов и бродяг,
Нас боялись в русских городах?!
Там, где наша армия прошла,
Контрразведка весело жила:
Не поможет даже сам главком,
Коль тебя сочтут большевиком…
С каждым днем мы яростней и злей,
Яко волци на родной земле!
Может, здесь любой
Сойдет с ума
Среди боли,
Горя и дерьма?!

ИЗМЕНА.


«Рельсы разворочены,
мать честна!
Поперек дороги лежит сосна».
(В. Луговской)
 
Грозится ветер флаги оборвать
Пяти империй.
Транссиб. Двадцатый год. Январь.
Успеть бы…
Окутан чадом,
Одурев от рева,
Ползет состав.
Глядят Колчак
И Анна Тимирева,
Как день с поста
Уходит и чехол
Сползает синий…
Что ж мачехой
Глядишь в глаза, Россия?!
Иль красный ухарь
Ныне за сынка?
Ох, стелет пухом –
Отлежишь бока…
Рай Избранных - не в счет:
Незрима грань,
Что отсечет
Тебя у входа в Рай...
За равенство пред Богом,
Пред Исусом
Был Белым Волком
Красный Пес покусан.
Но даже в роковой,
Последней схватке
Негоже Волку
Изменять повадке!
На помощь Колчаку
Владимир Каппель
Ведет к Иркутску
Тридцать тысяч сабель,
Но он завяз
В снегах Сибири где-то…
Спустилась мгла…
А завтра, на рассвете,
Не подымая глаз –
Бочком,
Молчком –
Уйдет конвой,
Отпущен Колчаком.
Он обречен.
Он обручен
Со смертью.
Из всех зеркал
Глядит судьбы оскал.
Бегущие навстречу километры
Разыгрывают карту Колчака…
 
- Жизнь Колчаку
Лишь золото спасет!

- Велик ли куш?

- Тонн, кажется, пятьсот.

- Нам не видать
Тех денег,
Господа!

- Что, выбор сделан?
 
- Раз и навсегда.
Уплыли деньги!
Наши шансы – нуль.

- Куда он денет
Русскую казну?

- Иркутск
Назначен кузницей
Побед.

- Колчак гроша
Не даст за свой побег,
Хотя, мон дье, другого шанса –
Нет!

- О, русская душа!
О, русский бред!

- За русских храбрецов!
Еще вина!
 
- За мертвецов –
Не чокаясь. До дна!
Свое мы не продуем:
Нам немало
Большевики дадут
За Адмирала…

И змейкою
Вползает в Белый лагерь
Измена…
Пали дружеские флаги!
Стервятники не спят:
Над Русью тень кружит.
А Русь распята
На кресте вражды…

ТУПИК.


«Мундир английский,
Погон российский,
Табак японский,
Правитель омский».
(Частушка Агитпропа).

Где-то в Омске
Расстреляли осень
В офицерском золоте погон…
Омск оставлен!
Зимний ветер носит
Белых армий стаю
Над тайгой…
А давно ль
Текли переселенцы
К Колчаку в сибирскую юдоль
И, распетушивши полотенце,
Подносили русскую хлеб-соль?!
Только мимолетная удача –
Словно незаконная жена:
Та, что слезы и тревогу прячет,
Та, что вдруг застыла у окна…
Красный бог желает жертвы новой:
Друга отобрать у Тимиревой!
И рисует вьюга в этот час
Город, что когда-то обвенчал
Адмирала с Сонечкой Колчак…
Сосны, сугробы
И тени на белом снегу:
Проклята,
Продана,
Белая Русь-недотрога
Уходит в тайгу
Волчьими тропами…


УГРОЗА

"Достиг я высшей власти..."
(А. С. Пушкин).

Уже ночами
Послабей метель,
Но мочи нет
Противиться простуде:
Ведь дни и ночи -
Целых семь недель -
Торчали
В городишке Нижнеудинск!
Спасение одно -
Горячий чай,
Тяжелым сном
Забыться невзначай...
Невыносимо угнетал подчас
Жестяного "убийцы"
Красный глаз:
Одно да потому,
Как пономарь,
Заладил мутный
Стрелочный фонарь.
Но ехал
Бесконечный эшелон:
То чехи
Вывозили барахло,
И из дверей
Едва не выпадали
Ковры, картины, кресла
И рояли.
И кто-то погорел
Весьма жестоко,
Пытаясь запереть
Владивостоком
Составы,
Перегруженные хламом!
Уже не тайна -
Автор телеграммы!
Да тут еще стучал
Какой-то дятел:
Без тягача
Детишек злые дяди
Оставили:
Забрали паровоз.
Все, Адмирал,
Теперь игра всерьез!
Пришла беда -
Пошире дверь открой!
У раненых к бинтам
Примерзла кровь,
И тиф посеял
Смерть: так и застыли
В одной на всех
Передвижной могиле,
И над детьми и женщинами крылья
Расправил мрак...
И болен от бессилья
Правитель умирающей России,
Ее надежда -
Адмирал Колчак -
Ей предан,
Как и прежде.
На плечах -
Война веков, проклятье,
Отступленье.
Но управлять
Стихией озлобленья,
Лечить Отчизну
От смертельных ран -
Одной не хватит жизни,
Адмирал!
Не тут ли он -
Источник всех несчастий?
И на лету
Поймал Восток и Юг
Указ: "Всю полноту
Верховной власти
Передаю..."

НАЕДИНЕ.

«Я помню ночь и лик пресветлый
В аду солдатского вагона».
(М. Цветаева).

Чешский вагон-тюрьма,
Словно павлин, украшен:
Важен, увит, уфлажен!
А изнутри – загажен,
Словно Гоморра сама…
За пестротой флажков –
Черные дула винтовок…
Ну, теперь – под замком,
Ну, теперь – с ветерком,
Без остановок!
Чех – пожилой солдат,
Видимо, очень рад:

-Эй, потеснись-ка, брат!
Видишь: сам Адмирал…

-Наше почтенье, мадам…

-Ваше купе – вон там…

Вот мы и дома… Уют!
Лях-то не так уж лих,
Коли влюбленным дают
Камеру на двоих…
Приличия,
Как одежду, -
Долой!
Ведь то было прежде,
А нынче -
Я твой… твой…
И почтой последней
С души снят запрета груз:
Антанта, твой пленник –
Свободен… от брачных уз!
Как просто, как сложно
Стереть позолоту со слов
О том, что положено
Жить, даже смерти назло!
И в душном вагоне,
Прокуренном сотней лбов,
Как будто в агонии,
Бьется в плену любовь:
Как мошка в ладони…

ПЛЕН


"Если только можно,
Авва Отче,
Чашу эту мимо пронеси!"
(Б. Пастернак).

В тайгу
Ветра бегут...
Еще не поздно
В далекий путь
Отправиться по звездам.
Но неужели
Впрямь сумеет он
В карман шинели
Спрятать эшелон?!
Вагонов - двадцать шесть.
Они полны.
Петля на шее -
Золото страны...
Сбеги-ка,
Адмирал:
Враги
(Проклятье!)
Напишут,
Что удрал
Ты в женском платье,
Что золото
И армию покинул...
Печать позора -
На твои седины...
Тогда любой
Солдат и офицер
С насмешкой злою
Где-нибудь
Обронит:
"Верховный цел,
А деньги -
Проворонил..."
Уж чем такое -
Лучше под прицел...
Еще России
Нужен Адмирал,
А адмирал -
Увы, уже не нужен...
И в лампе керосин
Менять пора,
Чтоб как-то поддержать
И жар,
И мужество.
Распоряжаться
Именем и славой
Вождь по уставу
Не имеет права!
Всем нужен просто
Бронзовый герой,
А кровь и плоть -
Материал не тот...
Что, обманула,
Обвела, судьба?
Уже в плену -
У самого себя...
В купе стучат:

-Вы адмирал Колчак?

Ответил "да".
В руке - тепло нагана...
Конец. Капкан.

-Оружие?

Отдал.
Предатели...
И вот легла рука
На гробовую крышку чемодана...

-Мы вас передаем...

-Нет: предаем!

Шинель - на плечи:

"Аннушка, до встречи!"

Без лишних слов...

-Оставьте этот гонор:
"Орлов" -
Долой!

-Нет, я умру в погонах...


ГРАЖДАНСКАЯ ЖЕНА.

"Да, в вечности - жена,
не на бумаге!"
(М. Цветаева).

-Я очень вас прошу...

-В тюрьме нет мест.

-Вы шутите?

-Не цирк, гражданка, здесь.

-Мой муж у вас сейчас,
Даю вам слово...

-Вы госпожа Колчак?

-Нет, Тимирева...

-Колчак С.Ф. -
Законная супруга.
Печальненько...
Отчаливай, подруга!
Кто там? Входи!

-Сиди,
Не на параде.

-Гражданочка, идите!
Слез не надо:
Вы нарыдали во
Какую лужу!
Нет, каково?
В тюрьму к чужому мужу!

-Правитель - "голый":
Клещи да хомут
Во всем вагоне.
Что-то не пойму...
И даже
Бумажонки не хранится
На захудалый
Счетик за границей!

-Сам черт
Не разберет
Проклятых бар:
Заводят баб,
А ты тут разгребай!
Мне в документах
Каша не нужна!

-Ах, да! Пометь:
Гражданская жена.
И камеру
Красивей припаси:
Для дамы!

-Не без добрых на Руси..

-Записочка? Давайте:
Не съедим!

-Читайте!

-"Расстреляйте
Вместе с ним..."

БЕГЛЕЦ

"Что стоят Ваши эполеты?"
(М. Лермонтов).

Раздвинулись кусты.
Из темноты
Окликнул часовой...
 
-Спокойно!
Свой...

-Полковник?!
Где Верховный?
Где конвой?
А я уж дернул ствол,
Подумал - волк...

-Поручик, срочно
В штаб! Без промедленья!

-Так, значит, точно:
Будет наступленье...

Чуть не задев плечами,
Иноходцем
Прошелестел, промчался
Войцеховский.
На этот раз,
Нарушив светский тон,
Не поднял глаз,
Не подал руку он...
Ну что за штаб!
Овчина
Да лучина.
Для Каппеля немного
Не по чину.
И стульчик-инвалид,
Совсем убогий,
Скрипит:
Ему давно
На слом пора!

-Он мне под стать:
Такой же черт безногий, -

Невесело смеется генерал,
Любимец и легенды,
И победы.
Сейчас попросит:

"Удинцев, поведай,
Как с плеч погоны
Обрывал конвой,
Как из вагона
Ринулся гурьбой,
Как бросил
Адмирала в Нижнеудинске,
Как ты нырял
В сугробы с головой..."

-Полковник, не стесняйтесь:
Быт - походный.
Ну что ж, понятно:
Вляпался Верховный!
Ну, пейте чай...
(Эх ты, Аника-воин,
Начальник
Адмиральского конвоя!
Ты сделал все:
Ты сделал очень мало...)
Но мы спасем,
Полковник, Адмирала!
У нас пока затишье.
В порошок
Сотрем "братишек"...
(А ведь ты -
Ушел...
А если что -
Простишь себе,
Полковник?)
Мороз - как бес:
В обозе пали кони,
А люди все идут!

Да, все идут:
Поход Ледовый -
Новый
Крестный путь...

ГОСТИ


"Горацио, расскажешь
правду обо мне непосвященным..."
(У. Шекспир).

-Так, братцы,
Здесь тюрьма или базар?
Отставить делегацию:
Нельзя.

-Вот, пожевать
Извольте: хлебец, сало...
Народ желает
Видеть аммирала!

-Не тычь мне сало!

-Примечай: бумага.

-Я тысячу
Вам дам таких бумаг!

-Покажь, начальник,
Людям аммирала.

-Здесь вам не зоопарк -
Здесь вам тюрьма!

-А водочки?

-А мне -  на те же
нары?

-Селедочки?

-Ты глух или татарин?
Что лезешь,
Что пристал, как банный лист?

-И табачку…

-Холера! Ну, пошли…
Как мыши!
Чтоб одним глазком –
И брысь!

-Да мы ж – ни-ни…

-Ну, сколько
Дашь махры?

-Эй, видели?

-Еще бы!

-Непривычно:
Правитель,
А тощой!
Как энта спичка.

-Несладко жил:
Нестарый, а в сединках...
 
-А на картинках -
Жирный,
Как сардинка!

-Глядеть нет мочи:
Чуть повыше Фроськи…

-Сухарь! Размочишь –
Так прибавит в росте!

-Такие-то двужильными
Родятся:
Ему бы жить
Да орденами бряцать…

-А сбочь – орел!
Нос – будто клюв, точь-в-точь!
Давно б ушел:
Мах-мах крылом да прочь!

-Все кашляет...

-Расскажешь -
Не поверят!

-Да как же так?!
А ведь болтают -
Зверь он...
Мол, обожрал Россию,
Сущий волк!

-Не разноси
По всем дворам,
Усек?
Ведь нынче, слышь,
Повсюду рубят крылья.
Приперло – и орлы
Волками взвыли!
А нам молчать
Да и бежать
Вприпрыжку:
Пусть он Кочан,
А мы не кочерыжки...

ДОПРОС


"Где Черный Орел на штандарте летучем
В огнях Черноморской эскадры?
(П. Антокольский).

Поверх мундира - безрукавка,
Поверх голов - безличный взгляд.
Он - осторожен:
Все холмики и все канавки
Не предусмотришь, говорят,
А все же...
И перечень имен -
Растущий снежный ком -
Который день катает предследком.
Забавно:
Не дурак и не умен.

-А с этой Анной
Я едва знаком...

(Да, это очень странно,
Предследком:
Сквозь чащу строчек,
Сквозь болото слов
Идти цепочкой
Путаных следов...
А впрочем -
Ведь тебе не привыкать?)

Вокруг шуршат
Опросными листами.
Он отвечает скверно,
Невпопад:
Наверное,
Не выдержит "экзамен",
Но знает точно, кто,
Покрыт позором,
Был у истоков
Белого террора...

Да уж не вы ли
Раскрутили ленту
Смертей, что приводили
К новой смерти?!
Ну что ж, мы вашей веры
Не адепты,
Вас время свергнет
Не без нашей лепты.
Чтоб вы в ночи
Боялись каждой кочки -
Мы научились
Скалиться по-волчьи.
И тот оскал -
Как роковая тень:
Рычит Чита,
Рычит Донская степь.
В аду дорог
Не сосчитать непройденных...

-Задумался,
Простите, не расслышал...
Правительства превыше
Ставлю Родину.

-Не надо громких
Этих слов: потише.
Вы были на Германской и Японской?

-На той и на другой...
(И не без пользы
Наставил мин -
Куда ни кинь -
На Балтике:
На этих "минных банках"
Всю войну
Тонули немцы...)

-Вы ведь были в Арктике?
И как там?

-Жарче только на Дону...

Им ли не знать,
Как яростно теснит их
Донское знамя -
Генерал Деникин?!
Дразнить нарочно -
Тошно
До предела!
Ну что ж,
Вы часть души
Пришили к "делу".
Еще впишите
Вкус соленой влаги
И гордый взлет
Андреевского флага,
И плеск зеленых
Раскаленных волн,
И отдаленный
Колокольный звон...


ПОСЛЕДНЯЯ ЗАПИСКА


"Эх, яблочко,
Куда ты котишься?
В ВЧК попадешь
Не воротишься."
(Частушка).

В отверстие тюремного "волчка"
Мир видится не хуже.
Только уже.
Ведут по коридору Колчака.
Через посты
Несут остывший ужин.
А завтра встреча в дворике тюремном,
В руке рука
И поцелуй украдкой,
Исписанный листочек
Из тетрадки,
Знакомый почерк
И нажим слегка...
А там, среди "расстрельных"
Дел ЧК,
Уже подшита к папке, для порядка,
Последняя записка Колчака:
"Спасибо, моя милая голубка,
За ласку, за заботы обо мне.
Храни себя! Смертельнее разлуки
С тобою
В этом мире кары нет!
Осталось лишь на Бога
Уповать.
Я не ропщу - ведь я уже отмечен
Священным правом - руки целовать
Твои. Я за тебя молюсь. До встречи."

БОЙ ЗА ИРКУТСК.

"Пуля должна кланяться русскому офицеру,
 а не русский офицер пуле..."
(В.О.Каппель).

Ну, где ж ты, Каппель?
Что ж ты,
Генерал?
Неужто подведешь
На этот раз?!
Течет по капле
Время... Вот, сейчас...
У стен Иркутска -
Громкий
Птичий грай.
Что, ворон,
Крепок гроб?
Поди, невкусно?
Хоть волоком,
Но прибыл генерал
К стенам Иркутска!
"Вот он - причал...
Берем любой ценой!" -
Твердит печаль
Улыбки восковой,
Нечаянно "забытой"
На лице.
Убит,
Колчак,
Твой лучший офицер!
Был с пулями на "ты";
У этих ног
Ложился штык
И умолкал клинок...
Кому ж,
В каком могло присниться сне,
Что стужа
Убивает на войне?!
Развернут шелк знамен.
Застыло войско.
Раз Каппель мертв -
Командуй, Войцеховский!

-Солдаты! Офицеры!
Вот приказ:
Пусть гибнет Русь и вера -
После нас...

И медленно, степенно, без напряга
Оркестр грянул
Гордого "Варяга":
Бессмертное "наверх" и "по местам"...

-Не будет нам ни камня, ни креста...

Двуцветное колчаковское знамя
На растерзанье
Отдано ветрам!
Эй, кто сказал,
Что завтра же
От камер
Ключи в карман
Не спрячет генерал?!
В ночи морозной
Взвыли пушки грозно:
"Еще не поздно
Выдать Адмирала!"
Очнувшись ото сна,
Дрожали звезды,
И вдруг одна
Мигнула и пропала...

РАЗЛУКА

"Полвека не могу принять -
Ничем нельзя помочь,
И вот уходишь ты опять
В ту роковую ночь..."
(А.В. Тимирева).

В окошко проникает
Свет луны.
Февраль, седьмое.
Около пяти.
Никак,
Конвой?
Лишь тени вдоль стены...
О, Боже мой!
Ведут его...
Прости...
Ничком - в подушку...
Лишь с небес звезда
Скатилась равнодушно
И устало,
Когда с землею спорила вода
За право стать
Могилой Адмирала;
Когда в винтовке
Щелкнула обойма,
Когда "готовсь"
Звенело в тишине,
Когда,
Так удивительно-спокойно,
Правитель
Застегнул свою шинель:

-Я -  Адмирал,
командую парадом.

-Давай, рули.

-Взвод, пли!

И перстень с ядом
Зажала жадно
Хищная рука.
Подарок Адмирала Колчака
Ты сохрани, палач!
Неведом путь:
Вот-вот заплачут
Тюрьмы ГПУ
И по тебе... От пыток
Умирая,
Ты, может быть,
Припомнишь Адмирала?
Тебе теперь до гроба
Будет сниться,
Как Тимирева
Белою волчицей
В твое вцепилась горло: сгоряча
Едва не придушила палача…
Еще не раз
Припомнишь Адмиральской
Последней папиросы огонек;
Смеясь в лицо, февральский
Ветер нес
Далекий дым
И орудийный грохот:
Сомкнув ряды,
Погоны
Шли на город...
 
ЛОЖЬ

«Полечу зегзицею по Дунаеви,
Омочу бебрян рукав в
Каяле-реце,
Утру князю кровавые его раны
На жестоцем его теле…»
(«Слово о полку Игореве»).

-Ну, выходите, что ль...

Старик растерян
И рад бы в прах
Рассыпаться в пыли...

-Скажите, это правда?
Он расстрелян?!

-Да что вы,
Ну, ей-богу, увезли!

Закопошились:
Слухи,
Сплетни, толки...
Где слон из мухи -
Там и круговерть!
Матерого пришили
Нынче волка:
Пиф-паф и в воду!
Волку -
Волчья смерть...

Зачем же?! Нет чудовищнее лжи...
Мол, не грусти,
Надежда, мол, осталась...
"О, Господи, и это пережить,
И сердце на куски
Не разорвалось..."
Под лампой ждет
Начатое письмо.
Она его допишет до рассвета.
Который час?
Ах да, уже восьмой.
Который год?
Ах да, прошло полвека...

ЭПИЛОГ

"Словно в бурю смерч,
над головою
Будет к небу рваться этот
крест».
(Б. Пастернак).

Там, где шумит "голубая тайга",
Там, где поют
"Славное море, Священный Байкал", -
В этом краю
Детство и юность мои пронеслись...
Но по ночам
Грезились мне небоскребы столиц -
Вот и умчал
Поезд меня в эту синюю даль...
Эй, до свиданья,
Священный Байкал!

Еду проведать родные места:
Мне уже тридцать.
В душу вросла -
И нельзя оторвать -
Наша столица.
Был уже май,
Но в Сибири - зима:
Все в белом цвете.
Я не узнала
Почти этих мест!
"Крест Адмирала"
Поставили здесь..."
(Фото в газете).
«Светлая память»,
«Гражданский пожар»,
«Годы разрухи»,
«Честно сражался»
И «жертвою пал»:
Все в этом духе
И не шутя…
Я тогда не прочла.
Да и не стоило!
Только полгода спустя
Ожила
Эта История...
 
ПАМЯТИ БЕЛОГО
ВОИНА.

Ради прозренья,
А может -
Ради спасенья,
Смело в ладонь зачерпните
Архивной пыли.
В недоуменье -
Ну что же
Они не сумели?! -
Не зачеркните
Того, что Они -
Были...